NeoCortex

В доме далеком, на неизвестной мне улице
есть прекрасное и светлое —
то мужчина, может быть, женщина

Столько-то лет со дня жизни —
ведь жил, не понимая причины,
время копил, складывая в гроб.
Куда девать эту коллекцию? —

Поддаться, качать головой, попасть под чары без остатка
твоих слов, твоей песни, ритма, я могу слушать тебя бесконечно.
Пусть твой голос никогда не оскудеет, иначе мне умереть от жажды,
стать сухой корой, прахом на серых камнях.

Меня похоронили в облаках.
Кто-то пришел проводить меня, но я был слеп,
кто-то пришел плакать обо мне, но я был глух.
Я мертвец, кучка зубов, костей и кожи,

Да, я сказал и сказала:
ты красивая,
и это значит
неразрывная,

Этот странный момент —
будто иглы под кожу,
будто солнце в упор,
будто дождь ледяной,

У меня внутри зверек,
у тебя певчая птица.
Я сказала, тебе пора смириться,
научись хоть чем-то делиться,

она говорит ты глупый глупая
не ценишь меня не любишь
не способен не способна защитить
спокойно смотришь на то как я страдаю

За окном лает собака,
выглядываешь, но там,
в тени тополей,
нет ее.

Не зови, не плачь, не ищи добра.
В лабиринтах переулков где-то затерялся — мертвый я.

Это место должно быть тихим.
Нам с тобой вот чего не хватает:
звуков полного отсутствия,
чтобы в ушах словно вата.

Рисовать квадратики в тетрадке
лесенкой.
Уйти по ним в темную ночь —
это так смешно.

Она отводит меня к скале,
убеждая, что птицы прекрасны.
У самого края я замер — смотрю
на полет красногрудых и сизых

Вчера задул ветер, качал провода
и безумствовал всю ночь напролет.
Я лежал и слушал, как, едва дыша,
Ко мне приближаются незнакомые люди

Более взрослый,
более грустный.
Более взрослая,
более грустная.

Видение полудня
о большеглазой девушке, которая поет,
о смерти, едущей верхом по брусчатке,
о том, как взять плоть человечью

Уменьшаюсь с каждым днем, молодею.
Кто-то время повернул вспять.
Слишком стар был и вот уже слишком молод.
На свету, гляди, я как будто из мрамора.

Я слышу сверчка в моем доме,
я беспокоен,
я ищу его,
обходя безлюдные комнаты.

Когда тени в полях остановят свой танец и лягут,
когда эхо в ущельях заснет и умрет до прихода весны,
когда вой обездоленных тварей утихнет и траур
покроет руины мои,

Убежала,
стала духом реки,
от безумных снов
отрекшись.

Под снегом так холодно, под снегом так больно.
В нашей снежной норе мы обнимем друг друга, сохраняя крупицы тепла.
В стуже песни пропали, стали эхом,
не вернуть ни куплета, ни слова,

А ведь можно забыть плохое,
Оставив в наследство только хорошее.
Ведь можно помнить о чудесных людях,
Убедить себя, что они не выдумка.