Стихи и рассказы в категории Страсть. Читать онлайн

Страсть не уходит, только впадает в спячку.
Как её не трави, не свози на дачу,
Как её не опаивай, не насилуй,
Страсть не отступит - верная, словно псина.

Стягивает вечер,
Белую рубашку,
Силуэт в окне,
Притягивает взгляд,

счастья не существует за пределами нашей с тобой постели,
мы не знали об этом, мы многого не доглядели,
а теперь всё разрушено,
и ты куришь, и думаешь:

Ты знаешь, милый, каждый миллиметр
Я ощущаю, обнимая.
И кожа - в дрожь от шторма внутривенно.
Густых волос, свалявшихся, как фетр,

Вспыхнула цветом лилии, ярым зигзагом молния,
Как торжество всесилия. Траурное безмолвие
Неба сменилось рокотом, грохотом, громким хохотом
И безобразным клекотом, ведьминым кличем проклятым.

ты приходишь и раздеваешь своё идеальное тело,
замираешь в дверном проёме смуглым греческим богом.
у нас есть только жалкий час, давай же займёмся делом,
пусть лоснится песочная кожа, как берег на солнцепёке,

Не лови моих слёз, если я для тебя просто небо,
Не считай моих звёзд, если я для тебя – пустота.
Мой загадочный миг осветил этот мир ярким светом,
Все эпохи Земли от начала времён до конца.

смешно, когда у неё вдруг размазывается тушь,
графитовой крошкой липнет к солёным её щекам,
как она облачается в простынь и убегает в душ,
говорит, что в разлуке раздваивается пополам.

Как жаль, что в библии не сказано,
как резать руку, отяжелённую ножом.
Себя жалеть, моя обязанность.
В усохшем коржике ржаном

подруги звонят и спрашивают, почему мы всё ещё вместе,
я не знаю, что им ответить, и поэтому вру, как политик.
ты похож на юного дьявола в этом грязном и тёмном подъезде…
нам так сильно срывает крышу, что можно забыть о защите.

Он сидит за газетой и хмурит высокий лоб,
Но охотнее слушал бы песнь парашютных строп,
Никому не судья, не хозяин и не холоп -
Лютый зверь непротоптанных диких троп

чем ты останешься в памяти скомканной?
пеклом полуденным, ливнями, ломками,
впадиной между сырыми ключицами,
брошенной на пол цветной амуницией

Свет ночника затухал и дрожал в темноте,
Ласковой ночью такие слова говорила ты мне:
“Сними с меня кольца и юбки - ибо я твоя жена

всё закончилось, теперь будет только ломка,
будет неописуемо больно и страшно,
настолько,
что захочется грызть бетон и крошить посуду,

мы заполнены болью, мой мальчик, а город заполнен снегом.
всё всегда кончается пропастью, сколько над ней ни бегай,
покрасневшими веками, бессонницами, аптекой,
потому что у каждой тайны

А я жонглирую словами и людьми… Горячий воздух растекается, гляди – над яблоней, над черепицей крыши. И пуговка расстёгнута бесстыже, и жажда нового кипит в моей груди.
Я – зло, я – женщина, я – то, что ты хотел. Я – соль и перец, пряный…

Прошу, у ссыльного поэта
Не отнимай дыханья лета,
Надежды негасимый луч,
Он хочет смаковать продолжить

У ведьмы с десяток историй про нелюбовь – голодное, грязное, дьявольски жаркое чувство, тягучее месиво чёрных, как навь, грехов… В домах, где оно разгоралось – в итоге пусто.
Она хохотала, бросая в котёл траву, кровавые ягоды, пепел и рыбьи…

Мой черный король, он устало вздыхает,
выходит из зала, во тьме коридоров
теряясь на время, бросаясь стихами
в ответ на мои ни о чем разговоры.

сумасшедшая девка досталась тебе, сумасшедшая –
убегает из дома ночами прямо в молочном ситце,
не боится сырой дороги, болота, зверья и лешего.
эта бестия, видно, проклята... вся деревня её сторонится.

Опустошение. Очередное охлаждение. Оно наступило после субботнего свидания. Близость была уже не такой фантастичной и обжигающей, а разговоры потухли очень быстро... Эти отношения напоминают американские горки, где после каждого пика наступает…

Я буду с тобой,
До конца, до окраины,
До титров последних
Немого кино,

Я еду к тебе в такси сквозь замороженный городской улей, мысленно умоляя машину двигаться быстрее. Мы так давно не виделись, что мучительная ломка буквально скручивает меня в жгуты, превращает в самого настоящего психа. Люди за окном идут по…

Белозубый оскал и звериная страсть -
я держу своих демонов в клетке.
Ты напрасно искал, как в ту клетку попасть -
это было плохою приметой.