Мара Лустина

Такой вот день. Холодная весна,
А вроде май. Воспряла ото сна
Природа. Электрички, шум, огни.
Ты старый пруд тихонько обогни

Пора в дорогу: тихий и румяный
Весенний вечер с чаем коротать
И воздух пить, мечтательный и пряный,
И у окна до сумерек читать.

А мои надежды отбрасывают тени:
Предметы быта, платья, коробки.
Залежи чепухи, сокровища лени,
Пиратский клад у меня в кладовке.

Не знаю, что тебе сказать на этот счёт.
Заплатит молодость моя и утечёт.
Её размазав по лицу, отдам на чай
Шалаш и милого, и тот, фальшивый, рай.

Смотрела девочка с утёса,
Как к горизонту одиноко
Уходит парусник прекрасный
В своё прекрасное далёко.

Всё начиналось не с любви.
Заканчивалось — на авось.
Напрасно Бога не зови
И все сомнения отбрось.

Насмотрись на него.
Жадно пейте улыбку, глаза.
Нам уже никогда
Не доверить так много друг другу.

Затея мысли-графоманки,
Строка уныла и глупа,
И на авансы самозванке
Судьба надменная скупа:

Надежда вспыхнет, опалив дотла
Усталый разум новою помехой.
От ветра вздрогнет гибкая ветла.
Амур доволен мелкою потехой.

Это и было: моя зависимость,
Банка тунца, две трети от кружки чая.
Вечер (ночь почти), театр, искренность
И мечта. Как прежде не отвечая,

Мой друг всегда со мной. В вечерней темноте
Распахнуты его уютные объятья.
Как можно быть одной? Все прочие, не те,
Мне издали, при нём уже почти что братья.

Амур, Венеры протеже,
Опять и вновь обескуражен:
Все предсказуемо, и даже
Неудивительно уже.

Горит огонь, течёт вода,
И мысли тают без следа;
И над горой висит Луна,
И ель зелёная одна

Ты обнимал свою мечту,
А я тихонько истекала
Слезами в ночи черноту
Пустого старого причала.

В тиши печальной надо мной —
Бессонной тени колыханье.
Огня неровное дыханье,
Дань безысходности ночной.

Где-то в мире, где-то в мае,
В полуметре от любви,
В интернете пропадая,
Мы сидели визави.

Дух времени к ошибкам равнодушен:
У вечного нет права на любовь.
Но, милости божественной послушен,
Шевелит он подлунный мир, и вновь,

(Водопад в ущелье Джилы-Су, Кавказ)
Тире — укор великой пустоты.
Как тетива натянуто меж нами

У печали нет лица,
Нет начала, нет конца.
Дождь февральский подсекает,
Ловит сердце на живца.

Все хорошо, мой милый друг.
В окно — весны приятный стук.
Но тяга праздная к мечте...
И вновь чернила на листе.

Стоит, объятый думой тайной,
В тумане утренней зари
Неколебимый дуб печальный,
Седой, морщинистый старик.

Я люблю рассматривать на свету
Сноп янтарных бус из шкатулки старой.
Сосчитать их возраст невмоготу.
По цветам похожи с твоей гитарой.

шагает рыцарь
стоптанные камни
о волны
разбиваются веками

Снижается белое небо.
Жемчужные серые тучи
И ветер. Холодные руки.
Ты не был.