Ким Шмонов

Когда грянула перестройка, решили в Союзе писателей вызвать дух Булгакова - мол, что он обо всем этом думает.
Обставили все с большим размахом. Позвали телевизионщиков. Сам генеральный секретарь пришел.
Женщина-медиум стоит посреди…

Роберт Льюис Стивенсон очень расстраивался из-за того, что большая часть людей помнит его только, как автора "Острова сокровищ".
Бывало подсядет к кому-нибудь в библиотеке и давай сокрушаться:
- Я ж не какой-то там Свифт... Я ж и это…

Александр Солженицын в гостях всегда вел себя скромно.
Обычно он садился в сторонке и писал очередное открытое письмо ЦК КПСС.
Когда гости начинали расходиться, он заклеивал конверт и просил кого-нибудь опустить по дороге в…

Когда Сталин первый раз снизил цены на продукты, Булгаков был не в духе.
- Вот же мерзость - думал он, глядя в окно, - масло подешевело на десять копеек. Не пойду никуда.

Когда Горький возвращался в Советский Союз, пограничники не хотели его пускать - думали батька Махно пожаловал.
Так и вернулся бы он в Сорренто, если бы не Ахматова.
- Да Горький это, Горький, остолопы! - закричала она, - Махно столько…

Как-то раз Булгаков с Катаевым ушли в запой.
День пьют, второй, третий...
Напились до синих чертиков.
На четвертый день с утра Булгаков засобирался. Напялил свой тулуп.

Пригласили как-то Стругацких на юбилей к Брежневу.
И дошла до них, наконец, очередь тост говорить.
Аркадий уже лыка не вязал, встал Борис, поднял рюмку.
- Дорогой Леонид Ильич... - начал он.

Сидели как-то Стругацкие в буфете станции Бологое и писали "Трудно быть богом". Выпили по стакану чая. Никак. В голове пусто, как в тыкве.
Выпили по второму. Не идет.
Выпили по третьему...
И тут Бориса прорвало. Минут на…

Будучи студентом, Роберт Льюис Стивенсон, любил читать прессу.
Как-то раз, листая газету, он наткнулся на некролог Дэвиду Ливингстону и сильно расстроился.
А потом почитал повнимательнее и успокоился. Ведь столько хорошего и доброго…

Money, money, money, money.
Это вам не хуй в кармане.
Чтобы вырваться из срани,
Знай, они важны.

Свои законы у травы:
И Элвис, и Егор – мертвы,
А ты еще пока что жив.
И улетают этажи,

Я знаю поздно или рано
Придет анархия баранов!
В пизду шашлык, веслом в ебло!
Сгнием на свалке всем хуям на зло!

Мир, основанный на лжи и стяжательстве,
Где в каждый отдельно взятый миг
Самый ценный товар – предательство
На фоне бессмысленной унылой возни.

Билла Гейтса - в автозак!
А за что? Да просто так...

Знай, эксплуататоров кончилось время,
И, как бы им ни хотелось остаться,
Уже пришло молодое племя,
Новое, свободное от рабства.

Очаг горит, труба зовет.
От страха замирает сердце,
А я опять иду вперед,
Я, все же, братцы, мирный герцог.

Упавший лист взлетел на ветку
И разноцветные таблетки
Уже никто не предлагает,
Все очень плохо... Мир лагает.

Хочу спросить, звучит ли это гордо,
И в радость ли пойдет напрасный труд,
Когда коней неприхотливых морды,
Из лесу на морозе повернут.

Там, где-то в глубине астрала
Какой-то хер играется. То мало
Он подаст давленье пены,
Тогда приходится на стену

Едва-едва
Мы говорим, когда
Уже закончились слова
И силы на исходе. Да,

Недосягаемый,
Не только потому,
Что ты ушел, а мы,
Все так же дрочим здесь муму

Ты знаешь сам,
Что в этом мире,
Кругом обман,
Как дважды два четыре

Боги создали людей
Выполнять за них работу,
Оставляя на заботу
Жрачку, срачку и блядей.

Ангел в странной униформе
Ты пришел... Сознанье в норме.
Я не знаю, кто ты есть.
Может ангел, может бес.