Анна Кравцова

У меня война убила маму.
Забрала её последнее дыхание.
Папа положил ее меж рамами.
Полежит, сказал, ведь там прохладнее.

В дни беззубо-кудрявого детства
Мы дружили с ней, по взаимности.
И любили это соседство -
Баловства и её щепетильности.

Вот еще банты и косы,
И мама зовет не Леной, а Ёлкой.
С папой - на поле. Росы.
Море веснушек под рыжей челкой...

Март прикинулся октябрем.
Растворяет город в дожде.
Иногда мы друг другу врём,
Потому что уже не те.

На стенах домов :" Граждане!
Здесь артобстрел! Опасно!"
Стали такими важными
Буквы из черного с красным.

Вот средство от одиночества -
Быть с кем-то рядом. Вместе.
Шутя,  звать по имени-отчеству,
Валять дурака и возиться в тесте.

Сережа, здравствуй. Живой?
Пишу и страшно представить...
Милый, хороший мой,
Ты даже не думай - нас оставить.

Ты не дай себе выгореть.
Тлей.
Пусть не ярко, только гори.
Среди сотен безумных дней

У войны не женское лицо.
Кто придумал вдруг сказать такое?
Ты снимала мамино кольцо
Тонкою, дрожащею рукою.

Улица. По ней - река из лиц.
Смотрят с черно-белых, старых фото
Те, кто из аулов и станиц
Уходил в войны водовороты.