Алиса Козлова

Бабочки из моего живота вылетают наружу
И падают с крыши высотного дома
Они бегут за солнцем по грязным лужам,
И от чужих советов впадают в кому.

Мечты уходят за потерянным временем,
Исчезают, скрываются в прошлом.
Мы до крайнего мига не верили,
Что ждать их уже невозможно.

Представь: летит за окном голый снег, поминутно врезаясь в закрытую форточку
Фонарь, который горел тысячу лет, отбрасывает тени. Точка, тире, черточка...

Ты стоишь своими тонкими ступнями в кафельной ванной,
Ты снимаешь резинку с густых непослушных волос
Дрожь пробежала. Ты боишься быть юной и странной.
На полу рисовал все узоры жгучий мороз.

Панорамный обзор на наши трущобы
Открывала горгулья взглядом с неба
Мы не видим солнца, а как же? Ещё бы
Мы захотели поесть чистого снега...

Я буду сидеть в электричках
Длинных зелёных поездах.
Я попаду туда, где мои привычки
Превратятся в пепел и прах.

Мы смотрим фантастику каждый год
и умудряемся не пропасть в видеоиграх.
Мы выходим на улицу, где идёт;
снег на плоских крышах убитых.

Если бы мы потеряли память,
Проснулись завтра с чистым листом в голове...
Что бы случилось? Что ты хотел бы исправить?
Бросить курить? Пить? Не думать о еде?

Осень, все мрачно, для нас, москвичей
Листья уныло лежат на асфальте,
В люки стекает по каплям ручей
И навигатор снуется по карте

Послушай меня, другого шанса может не быть
Вдруг ты завтра исчезнешь из этой вселенной?
Надо сразу, сегодня, все сделать, сказать и простить
И не поддаваться минутной скуке бренной.

Она уходила бесшумно,
Срывая прозрачную маску.
Терялась в местах многолюдных,
Где жизнь так похожа на сказку.

Положите меня на кровать,
Заверните меня в одеяло,
И включите Земфиру опять,
Ведь опять меня все задолбало.

В эти серые осенние деньки
Тихо шепчет нам по стеклам старый дождь,
Что в замученных оконцах нет ни зги,
И все листья собрались сорваться в ночь.

Я обманута серыми буднями
Тихим дождём, непросохшим асфальтом
Все показалось мне гирями, фунтами
Совести, тихо бредущей по залам.

Сент- Экзюпери был прав тысячу раз
Взрослым нужны лишь цифры

Тише, послушай дыхание ночи:
Где-то смеётся вдали пешеход;
Гулко бредёт он по узкой обочине,
Переплывая все трещины вброд.

Красные полосы в чёрном квадрате
Авангардизм полыхает в окне
Пусть я умру в этом жутком закате
Лепту оставив на мокром столе

Металическим блеском закована
Свобода мысли и слова,
Ведь все здесь давно уж трактовано,
Все поделено, жаль, что не поровну

Родители часто боятся сказать
Всю правду о тех, кто прошёл сквозь войну;
Ведь детям нельзя в таком возрасте знать
Как умер их дед, защищая жену...