Alexander Zwierk

Чужеродной свободой ожесточились сердца.
Благородный предатель накатал мемуары.
Он себе перед сном покупает винца,
Нажирается в хлам и не смотрит кошмары.

Без лжи, без сомнений, без фальши,
Без мелочности, без измен.
Я знал, что всегда будет дальше -
Тому, что оставил - взамен.

До сей поры - как на измене.
Рябь по душе змеёй ползёт.
Не где-нибудь, а в Картахене
Я был в грядущий Новый Год...

Душу бьют конвульсии и тело,
Чтобы их оставить на плаву.
Незачем; но вот какое дело -
Я еще отчаянно живу.

Я б вышиб нервью черни здравость,
Я б вышил вервью белый след.
Я б вышел врозь - но мне осталось
Лишь предвкушать сознанья бред.

Я так устал от тяготения обильем слов.
Мне надоело понимать бессмысленность идей.
Не верьте тем, кто говорит, что нету ничего!
Всё есть. И – ха-ха-ха! – я знаю, где.

Я шел по судьбе,
Как снег - по тебе.
Ты шла по весне,
Как осень - по мне.

Мир непонятого Бога
И недиких обезьян.
Непроторена дорога и
В творении изъян.

Здорово быть зазеркальным политиком,
Лузгать протезами ржавые семечки,
Речи толкать бытовым сифилитикам,
Стоя на паперти собственной немощи.

И не надо мне тут говорить словеса горячёные
О возможностях, о перспективах, да что там - о будущем.
Я живу, как пишу. А пишу я, так вышло, по-чёрному.
А судьба? Просто звук. Ту судьбу я не раз наебу ещё.

Бесконечен потолок в палате мер.
Так прекрасно в пустоту слова ронять!
Акт творенья - это маленькая смерть.
Мир прекрасно обойдется без меня.

Как тягостно - не подыскать слова
Тому, кто для тебя особо ценен.
Тому, без кого мир - несовершенен
Так тягостно не подыскать слова!

Когда хандрит душа твоя
И не желает новых песен,
Когда не радуют друзья,
Когда футбол неинтересен

Злость или дружба. Правда всерьёз.
Вера в нетленность. По коже мороз.
Вечная тяга к чужим именам.
Грех – это всё, что отпущено нам.

Мой мир - регулярный тост.
Там - за упокой, тут - за здравие.
Но тебя, человек, я люблю не за то,
Что ты тешишь свое тщеславие.

Я - торжественный крик, происшедший из стона,
Что когда-то был хрипом, исторгнутым замертво
В миг, когда небольшая вселенная замерла,
Распахнув свои мудрые, настежь бессонные