MOLVA

Вышел на сцену актёр
Роль у него – псих
Держит в руках топор
Зал моментально стих

Лили спешит на берег, сжимая сумку
Солнце пасёт кудрявых морских барашков
Том в ожидании пьёт уже третью рюмку
Зной ему плотно приклеил к спине рубашку

В этом году не стало былой земли.
Страшное время. Едем в машине молча.
Надо успеть добраться до тёмной ночи.
Что удалось сберечь – мы сберегли.

"СЕВАСТОПОЛЮ"
Когда станет невмоготу,
Я приеду к тебе снова.
С полуострова-полуслова

Дрожала ложка в подстаканнике
Под монотонный стук колёс.
Да, было что-то в этом страннике,
Что сел напротив, спрятав нос

Помню это место, как вчера:
Ты меня вела по коридорам,
В эту ночь Могильная Гора
Стала судьбоносным приговором.

Не спит поэт ночами напролёт.
Он измеряет комнату шагами,
Кладёт в свой чай засахаренный мёд,
Включает яркий свет, скрипит полами

«ДАВАЙ ПОЧУВСТВУЕМ ДРУГ ДРУГА, БИЕНЬЕ СЛУШАЯ СЕРДЕЦ»
"Танда"
Так близко и так страшно далеко,
Плечо плеча напротив, и ладонь в ладони

Помню это место, как вчера:
Ты меня вела по коридорам,
В эту ночь Могильная Гора
Стала судьбоносным приговором.

Сколько обвинений ты мне предъявил, уж всё и не сосчитать...
Я не стану на них отвечать: воспользуюсь пятой поправкой.
Если ты был бы книгой, непременно "Процессом" Кафки.
Я закрыла тебя и больше

Буду головы класть на плаху,
если зла.
Оплеуху с такого маху!
Хуже, чем ядовитейшая стрела

Я боюсь снова писать стихи,
Потому что они про боль.
Я врывалась в самый центр стихий,
А теперь лишь гуляю вдоль.

Пожалуйста, не трогайте меня.
Любое тормошение мне тошно.
Да если б только знали вы, как сложно,
Мечтать о ночи аж с начала дня.

Научи меня, мама, жить по-простому
Без всех этих слёз, драм, носа красного, как моя губная помада
Чтобы делать всё лишь как надо
Чтоб меня наконец уже, мам, перестало тянуть к убогому и пустому

Момент необратимости и неизбежности
Приходит с первой мыслью, с первым сном
Заметь его, не жди, что всё потом
Пройдёт само собой. В моменте том

Настоящий "мужской" поступок: испугаться, в чс закинуть
Или взять объявить бойкот.
Мальчик-игрек, он нынче хрупок, у него есть на всё "причины",
Ещё были в иксах мужчины, ну а игрек уже не тот.

Казнить нельзя помиловать.
Забыть нельзя вернуться.
Эквивалент тротиловый
Терпенью моему

Я таких удивительных женщин, милая,
До тебя никогда не встречал.
Столько жизни в глазах, столько внутренней силы,
Ум холодный, а кровь горяча.

Не того ты волка кормишь, милая, не того.
Что ты там забыла, в лесу дремучем?
Вся пылаешь чёрной злобою отчего,
В лихорадке судорожной и жгучей?

Я отрезала волосы, стала любить шоколад и кофе,
С того дня в соцсетях не смотрела ни разу твой профиль,
Удалила все фото и песни, поменяла духи и почерк
И теперь до будильника сплю, не проснувшись ни разу ночью.

В промозглую среду за тёмным окном
Октябрьский дождь барабанит по крышам
И ветер багряные листья колышет.
Закутавшись в пледы, мы грелись вином

Скажи мне, мой мальчик, как мы дошли до этого?
Небо на нас обрушилось сентябрем
Год назад ровно, тогда, на границе лета,
Мы так клялись, так божились, что мы не умрём!

Я распахивала себя, провода оголяла,
Я растрачивала задор и колючий смех.
Звёзды были мне лампой, трава - покрывалом,
И хватало моей волшбы на всех.

Он говорит таким, как я, на костре гореть,
Он полагает таким только в церкви дымиться,
Он всё кричит, что спутался с дьяволицей,
Что нету сил такую, как я, терпеть