Татьяна Абрамова

Сколько истрачено, Лера,
Мы с тобою транжирим души.
Нам бы впору строить карьеру,
И иметь инженера-мужа.

Питер, где ты?
Выйдем через окно!
Воздух остудит кожу и молоко у кровати.
Погляди на красивых моих братьев-

Написать бы полезных слов.
Это нужно сейчас лекарством.
Все, что хочешь к тебе из снов
Воплотится однажды счастьем

Как ты там поживаешь, Единственный?
Чёрный кофе пьешь с ложкой сахара?
В мире все неизвестно-таинственно.
Я боюсь быть одна. Вот страха то!

Снова ты.
Как давно я тебя ждала.
Руки холодны, ноги босы.
Реки льдом зима заплела.

Мой друг, скажи,
когда мы научимся жить?
Так, чтобы жил хватало светить,
не брезжить.

Вот ещё один в вереницу близнец
Неизбежных холодных зим.
Я ищу Его среди серых лиц,
Всюду бы я пошла за Ним.

В каждом дне всё меньше и меньше сна,
В небе всё больше и тяжелее воды.
Этот февраль опять приходит к тебе один.
Рада ему, но думаешь, где же весна?

Я не хочу каждый день просыпаться мертвой.
Улыбаться,дружить и любить через силу
Вот моей жизни уже без одной четвертой.
О смысле ее я только сейчас спросила.

А если бы жизни остался день,
Что ты сделал бы в эти минуты?
Не пугайся, а просто представь, как будто
Твоя жизнь ровно через сутки

В пятницу, ближе к полуночи,
В метро пахнет жвачкой и хмельком.
Все спешат на последнюю электричку с улицы,
Чтобы доехав до дома, стараться пробраться тайком

Знаешь, я б напилась в хлам!
И не надо мне всяких драм:
Где ты там, как ты там.
Я хочу натанцеваться до стертых ног!

иллюстрация:Саша Харионова
Первая стендалевская кристаллизация
Прошла, я жду продолжения.
Мои ощущения не имеют организации.

В Петербурге осень, город простужен.
А люди живут здесь, любят и дышат,
Люди музыку осени слышат,
Только я - абсолютно скучен.

Картина: Allen Bentley
Может ты и не мой, раз никакой ответной реакции?
Одиночные чувства обречены, пропащи.
Родной, большая разница между жизнью и танцами.