Таня Иванчай

В подземке
под Садовым кольцом
во веки веков да пребудет стоять Олег -
продавец старых книг.

А.Ф.
Друг мой - зеленоглазая Гелла,
рыжая бестия Сахалина

Его звали Дима.
Не самое любимое мое мужское имя.
Глаза зеленые,
кожа белая-белая, с оттенком -

Кто-то считает на ночь овец,
кто-то драконов, кто-то китов,
летучих мышей в трубе
или полярных сов

В День Звёздных войн
говорить о тёмной материи -
всё равно,
что свистеть для смелости

Знаешь, все относительно.
В исчезающем по-чеширски свитере
Брэдбери пишет, что люди уходят в лес,
где читают на память друг другу "Алису в стране чудес"

Неисправимы мы. Мы - раздолбай.
Днем самолет на завтра... знать не знай,
куда глаза глядят, какой взять курс -
подскажет ветер.

Ты видишь Будду в лице Джокондо?
Так начинается танец гнева.
Вот у кого нет выбора - боги! -
смотреть в глаза тебе, пятьсотлетнему

Кит наверняка
не пахнет подводной лодкой.
Пахнет ладаном моряков,
завтрашней метеосводкой.

Анне Ф.
Ангелы бывают разными:
некоторые отлетают, когда улыбаешься*,
а другие, когда являются,

В. Г.
Слушай меня, Лис,
если б не ты, я бы пропал

Пух и перья. Не ждали уже. СорвалО.
Пух и перья - в дёготь голодного льда.
В пустой телефонной будке слышно: АЛЛО?
как выстрел. И надо ответить. Да?

Анатолию Семёнову
Кровь тебе - морская вода.
Кров тебе, беспечному - небо.

Шторм. Шторм. В горле застрял ком,
деньги на ветер - ваши билеты,
к черту - планы, руки - в карманы,
жди.

Кипящая смола морей.
Клеймо заката.
Мы выросли из всех дверей.
На содранной щеке твоей

Высшая мера/эра тебе quattrocento,
ювелир после драки идет в мастерскую, мачете
точит Персею, стройному богу мачо,
в притоне под окнами транслируется матч.

Анне Ф.
Пчела очень хмурого бога
у порога

Игорю Можейко
И сады - не Семирамиды,
а принцессы с холмов - Аманис.
Ты знаешь, в Ираке солдаты

Игорю Можейко
Наместник Юга вернулся и пишет на небо Владыке:
"Пришел из похода за Нил, вот список, добыто:

Запомни, первый Хуан-Ди - я
буду легендарным,
как Тот, кто изобрел компас, письмо...
в окно ночами часто я смотрю,

...у тебя в лабиринте так много книг,
у тебя в лабиринте будет первая из коррид.
По страницам/стенам танцующий в темноте
алфавит круглосуточных библиотек.

Lxe
Не будет тебя там,
когда венки принесут -

Лето одна тысяча девятьсот...
в тёмной от тумана/дождя палате
модель Серафима (простое лицо,
венок на гвозде, ордена на халате)

Ветер чует пружину грота,
я отворачиваюсь от карты,
вслед за птицами рушится в море
небо, в море становится жарко,