Максим Дудков

Радость моя, долгожданная,
На тебя с восхищеньем смотрю.
Ты такая сегодня желанная,
Я тебя больше жизни люблю.

От ирландского боль отпустила
затаилась внутри глубоко
сразу стало на сердце легко
и волной эйфория накрыла

Хорошая девочка Ксюша
В славной Казани живёт.
Добрая будто из плюша,
Танцует, играет, поёт.

Прости сестра за всё, что было.
Ведь то, что было, всё прошло.
Надеюсь ты давно забыла,
что камнем про меж нас легло.

Воет, ноет и жужжит, месиво из диких пчёл.
Далеко не убежит тот, кто в гости к ним зашёл.
Жалит, колит без конца, не нарушая строй.

В бокале плещется вино.
И хоть известно всем давно,
Что истина таится в нём.
Мы без раздумья его пьём.

С кулаков сочится кровь,
Лиц оскал, как у зверей.
В драке выясняем вновь,
Кто на улице сильней.

Что для женщины возраст, когда рядом мужчина?
Когда дарит он розы, со словами: «Богиня!»
Когда день ото дня, на руках её носит,
И всё сразу исполнит, что она не попросит!

Ты дерзкой была и почти неприступной,
Пушистый котёнок со взглядом пантеры.
Была холодна, для меня недоступной,
Но я шёл вперёд, разрушая барьеры.

Он существует в каждом фанате,
Жив до сих пор в наших сердцах.
Увековечен он на Арбате,
И отражается в наших глазах.

Черёмуха словно невеста,
Надела белый сарафан.
Не нахожу себе я места,
С ума сведёт её дурман.

Возможно раньше был добрее
Имел достаточно друзей.
С годами становлюсь мудрее
И сторонюсь не тех людей.

«Все на субботник!» - вещает эфир,
«Все на субботник!» - зовут нас плакаты.
Я, допивая безвкусный кефир,
Во двор выхожу без ведра и лопаты.

В день, когда наступила зима,
Белым снегом укрыло дорожки.
Бросив на стол кольцо и серёжки,
Ты уйти решилась сама.

Прошла любовь, завяли розы,
А в жизни стало пусто и темно.
И только одинокая берёза,
Склонившись плачет мне в окно.

Держись, дружище, всё пройдёт,
Наступит в жизни праздник.
И к нам во двор весна придёт,
Любовью нас раздразнит.

Любить себя вам надо научиться.
Вам надо научиться жить как я.
Без памяти вам надо бы влюбиться,
Тогда поймёте вы меня.

Как-то мы с женой собрались
В сплав по Иркуту пойти.
С нужными людьми связались,
Что бы сверить все пути.

Всё слишком запутанно, слишком старо,
Всё слишком зажато в тески.
Вся жизнь ломается словно стекло,
И боль задевает виски.

Уходит в армию братан,
Ликует справедливость.
Уже нельзя нажать стоп-кран,
В моей душе паршивость.

Гуляли по Арбату не спеша,
Не замечая не весенний холод.
Была Москвой сыта душа,
В вареничной мы утолили голод.

Не просто юному поэту
Писать про пенье дивных птиц.
До нас явили всему свету
Мильон исписанных страниц.

Горят дрова в каминной топке,
Огонь их лижет языком.
Лежат поленья в ровной стопке.
Взлетают искры кувырком.

От безысходности таких событий
Душа болит и ломит грудь.
Из всех больших моих открытий,
Уж ничего нельзя вернуть.