Владимир Луговской

Твой голос уже относило.
Века
Входили в глухое пространство
меж нами.

Ах ты, ночь высока,
Полночь темная.
Новгородская рука,
Неуемная.

В Госторге, у горящего костра,
Мы проводили мирно вечера.
Мы собирали новостей улов
И поглощали бесконечный плов.

Дымкой, хмарью, паром тонким
Тишина-теплынь легла.
И поют весне вдогонку
Стремена и удила.

Сивым дождём на мои виски
падает седина,
И страшная сила пройденных дней
лишает меня сна.

Пощади мое сердце
И волю мою укрепи,
Потому что
Мне снятся костры

Э.
Багрицкому
«Дай руку.
Спокойно…

Такая была ночь, что ни ветер гулевой,
Ни русская старуха земля
Не знали, что поделать с тяжелой головой —
Золотой головой Кремля.

Ты руку на голову мне положила,
Ты снова меня сберегла.
Широкая песня несется по жилам,
И ночь

Я требую больше веры:
огонь
Пожирает дрова.
Вода

За тебя, за все я благодарен.
По бульвару вьются морячки.
Море входит синими рядами
В неподвижные мои зрачки.

Звон, да тяжелый такой, да тягучий,
Приходят с полуночи медведи-тучи,
Ветер голосит, словно поп с амвона,
Леса набухают стопудовым звоном.

Катера уходят в море.
Дождь. Прибой. Гром.
Молнии перебегают
в сумраке сыром.

Сегодня не будет поверки,
Горнист не играет поход.
Курсанты танцуют венгерку,-
Идет девятнадцатый год.

Грузная, бумажная работа.
Осень на Пречистенском бульваре.
Водка в ошалелой голове.
Тянется дощатыми руками

Дым папиросный качнулся,
замер и загустел.
Частокол чужеземных винтовок
криво стоял у стен.

Надевай свою куртку кожаную,
За пояс синий наган.
С ветром летним встревоженное
Дыханье встающих стран.

Я знаю — ты любишь меня!
Холодными песнями полный,
Идет, паруса накреня,
Норд-ост, разрывающий волны.

_Николаю Тихонову
Давно это было…
Разъезд пограничный в далеком Шираме,—
Бойцов было трое, врагов было двадцать,—

Фотограф печатает снимки,
Ночная, глухая пора.
Под месяцем, в облачной дымке,
Курится большая гора.

1. Суслик
Розовый суслик глядит на тебя,
Моргая от сладкой щекотки,
Он в гости зовет, домоседство любя

Галки, галки,
Черные гадалки,
Длинные хвосты,
Трефовые кресты.

Не узнать твои черты,
Мысли оскудели.
Неужели это ты
В том же самом теле?

На клотике лампа мигает далече
Высоким и чистым своим огоньком,
И город весеннему ветру навстречу
Встает величаво в просторе ночном.