Александр Яшин

Жил я в доме у синих скал,
Жил, работал время не тратил.
Поутру окно открывал,
Закрывал перед сном, на закате.

Давно история случилась эта,
А все не меркнет в памяти людской...
У двери ленинского кабинета
Стоял солдат с винтовкой — часовой.

Солнце спокойное, будто луна,
С утра без всякой короны,
Смотрит сквозь облако,
Как из окна,

Я ее видал и не парадной,
Не царевной гордой на кругу,
А нескладной,
Даже неприглядной,

Что нам тысячи километров!
Имя вслух мое назови —
И домчится, как песня, с ветром
До окопов голос любви.

Покормите птиц зимой.
Пусть со всех концов
К вам слетятся, как домой,
Стайки на крыльцо.

Очень много солнечного света,
Над землей стоит голубизна.
Мнится мне: в сиянье разодета,
Изнутри земля освещена.

Лес поседел от инея,
Бел, как сама зима,
Что ему дюны синие,
Снежная кутерьма!

В голоде,
В холоде,
В городе
Вологде

Что-то мешает
Работать с охотой.
Все не хватает
В жизни чего-то.

Пусть — безответно,
Только бы любить,
Только б не бесследно
По земле ходить.

Евгению Евтушенко
Давно не крутятся колеса,—
Да просто нет под ним колес.
По буфера в цветах и в росах

Счастливы однолюбы,
Они что единоверы:
Душа не идет на убыль,
Чужды ей полумеры.

На стеклах январских узоры:
Подобие чащи лесной,
Тропинки и снежные горы,
Над кручей дворец ледяной.

Не сломалась моя рогатина,
И на праздничный круглый стол
С волокнистою медвежатиной
Подаёт хозяйка котёл.

Все расскажи ей, хоть и страшно,
Когда признаешься в любви,
Об увлечениях
Припомни все и назови.

Даже представить трудно,
Как я смогу опять
С вечера беспробудно,
Без сновидений спать.

Быть может, бор здесь был когда-то,
Теперь лишь рощи там и тут —
Для косачей, для куропаток.
Для всякой живности приют.

Если б ты в реку упала,
Я бы достал до дна,
Мне и морского вала
Сутемень не страшна.

Я встретил женщину. Была она
Почти стара и так измождена,
Что я смотрел — смущён и поражён:
Ведь я когда-то был в неё влюблён.Усталая, она не шла — брела.…

О, эти дуги над дорогой
В краю синиц,
В краю клестов,
В краю снегов!

...
Подари, боже,
Еще лоскуток
Шагреневой кожи.

С новой запевкой на Новый год
Девка на лавке веревку вьет.
Косы у девки до полу, до пят,
В ковте булавки - головки горят

Матерь божья, не обессудь,
По церквам я тебя не славлю,
И теперь, взмолившись, ничуть
Не юродствую, не лукавлю.