Письмо дочери

Письмо дочери - детство, мама, женщина, проза, о жизни

Помнишь, как-то мы разговаривали и я обронила фразу, что родить - это долг женщины, ты спросила, перед кем, и я ответила: 

- Перед белой расой.

Тогда наш разговор ушел в сторону, а сейчас я хочу вернуться. 

Потому что сейчас, когда мне пятьдесят, когда у меня уже есть и книги, и выставки, и страница в википедии, сейчас я считаю, что ты - одно из главных моих достижений в жизни. И одно из самых больших счастий. 

Поэтому я хочу поговорить с тобой о детях. Не о том, откуда они берутся (тут ты примерно в курсе), а о том, зачем они берутся.

С этим "зачем" сейчас всё непросто.


Про "долг перед белой расой" я тогда погорячилась. Дело, конечно, не в цвете кожи, а в типе культуры. 

Нашей, европейской.

А на нее сейчас идут две атаки и... один геноцид.

С первой атакой всё ясно: мусульмане нас теснят так, как Махмед Второй и в сладком сне не видел. Что уж говорить, каждый день это перед глазами. Вторая атака еще сильнее, но, кажется, не так опасна: сколько вещей в нашем доме сделано китайцами? - но спасибо им за классический европейский стиль, который made in China и по их же ценам.

А вот культурный геноцид... как ему противостоять?

Это месть негров. Месть нам, людям европейской культуры. И плевать, что русские никогда не угнетали Африку, плевать, что под эту месть попали всякие мордва-монголы и аж мусульмане с китайцами... мстителям плевать, а мстящей культуре плевать тем более.

Конечно, я говорю о поп-музыке. Которая кучей своих направлений прямо и непосредственно - афроамериканская, а в остальном - корнями уходит в джаз, с которым тем более всё ясно. 

Рабы, лишенные родины, лишенные своей культуры, отупленные до положения скота, сохранили только одно: ритмы родины.

И теперь весь мир расплачивается за рабство негров, трясясь в эйфории попсы.

Поэтому любой культурный европеец сейчас - на вес золота.


Но у женщины есть еще два долга, и они - куда менее очевидны.

Второй я бы назвала "долг перед добротой".

Мир становится добрее, это сейчас уже невооруженным глазом видно. Любая жестокость сейчас вызывает возмущение, а я хорошо помню, как в мое детство то же самое вызывало ну максимум сочувствие. А то и его - не.

Ты знаешь по рассказам, каким кошмаром была твоя прабабушка. Ты знаешь, сколько сложностей с бабушкой. Ты знаешь, как перекорёжили меня, как мучительно я пытаюсь это исправить и как немного мне удалось достичь. И ты знаешь, скольких из этих проблем у тебя просто нет.

Ты знаешь, что следующие поколения станут еще добрее и еще умнее.

Но для этого они должны родиться.


И есть третий, совсем неочевидный долг.

Самый интересный ;)

Долг перед собой.

Вот это ты знаешь преотличнейше. Ты знаешь, как твое появление на свет изменило меня в лучшую сторону. И как человека, и как писателя.

Этого не подозревает абсолютное большинство чайлд-фри. Они боятся: рождение ребенка превратит их, умных творческих женщин, в биологических самок. Прощай, интересная работа и творчество, здравствуйте, бессонные ночи, болезни ребенка и хлопоты-хлопоты-хлопоты. 

И никто не сказал этим барышням, что. хоть всё это и так, но рождение ребенка - это немыслимый, невероятный духовный рывок вверх. Новые по качеству стихи. Новые идеи. Новый взгляд на мир. 

Птица, расправившая крылья.

Да, больно. А что новое не больно?!

Недаром в стольких культурах рожавшую бабу считали ведьмой по умолчанию. Правильно считали. Как стала матерью - так и ведьма. Заметно, конечно, не сразу, но уж когда стало заме-е-етно... ой.

А потом (и это ты опять же знаешь лучше лучшего) ребенок становится самым интересным собеседником матери. И если лет до семи - он слушатель, но такой, что в разговоре с ним ты до блеска отшлифовываешь собственную мысль, то потом безумно интересно становится уже слушать его, задавать каверзные вопросы по бесконечным детским придумкам и шлифовать уже его идеи. Вместе. 

Ну да, мы никогда не забудем, как я объясняла тебе основы политэкономии вполне по Марксу, когда ты рассказывала о туманном городе, где магия была товаром. Сколько тебе тогда было? Лет девять?

Мы обе знаем, что романом "Гондору не нужен Король" я полностью обязана тебе. Что я никогда и не смотрела в сторону Гондора, но у тебя были идеи про потомков Кастамира, их надо было шлифовать... и меня накрыло. И если все прочие мои книги так или иначе растут из меня, из моих идей и грез, то здесь - камень столкнула ты, и понеслась лавина.

Когда-нибудь и ты родишь себе таких же потрясающих собеседников.


Недавно в поэтической среде меня спросили:

- Как, неужели Любовь Баркова - ваша дочь?

И это был момент запредельного счастья. Что тебя знают помимо меня, что я совершенно никаких усилий к этому не прикладывала. Что ты уже - самостоятельная личность. Уже известный поэт.

Мне пятьдесят, и ты - одно из главных моих достижений.

Думается, через двадцать лет у меня будет еще больше книг (научных и художественных), но известна я буду в первую очередь как мать Любови Барковой.

Я скажу сейчас, и повторю через двадцать лет: родить и вырастить ребенка - это главный долг и счастье женщины. Особенно женщины образованной и творческой.

Из сборника Почеркушки-поскакушки
Вы можете поставить посту от 1 до 50 лайков!
Комментарии (4)
Вам нужно войти , чтобы оставить комментарий
Владимир Орел

Александра! Любовь умница, что добивается в жизни всего сама, значит она состоялась... Желаю вам обеим творческого вдохновения и любви...

Ответить
Читать ответы (1)