Александра Малиновская

Город, город, старый город –
Лепной, высокопотолочный,
С квартирами в десять комнат,
Со старыми венами труб водосточных,

Запутанный мир. Автострады возможностей,
Тысячи представлений Бога.
Но дорог не такое уж множество,
В мире есть всего две дороги:

Пал тяжёлый, тёмный шум,
Я – впервые вышел в мир
Как чисто звучанье струн
Жизни, что зовёт меня на пир.

Вертится, вертится шар.
Вновь крылья спалил Икар.
В городе моём война:
Друг оказался вдруг

Сколько ниш, ступеней и квартир –
Повернись, избушка, как мне нужно:
Мир, любимый мир,
Давай жить дружно.

Не заснуть, а — забыться.
Не пробудиться, а — ворваться с разбегу,
На ходу надевая лицо.
События, предметы и лица:

Дисциплина – ясно видеть то, что есть.
Дисциплина – принять и действовать!
Да будет вывод, но не месть,
Добыть себя, не первенство.

Я люблю тебя. Не слепо, не пристальным взглядом,
Не касаясь пальцами.
В мире, где добро с добром не ладит –
Ты моя медитация.

Я пронизан дорогами,
Во мне построены дома.
Со святостью, с пороками
Проходят люди сквозь меня.

Есть «обжигающий холод».
Кто думал над этим – поймет:
Двойное дно. Во всем скрытый повод
Расширить свой горизонт.

Тоска по чему-то, чего не увидеть —
Как легкий прозрачный ветерок.
Тянется невидимой нитью.
Мой маленький компас в лабиринтах дорог.

Все отсеется, оторвется, облетит.
Расступятся родные перед глазами,
И я четко увижу нить.
И вот — лишь я под небесами.

Меня, верно, когда-то завели!
Железным ключиком Вселенной.
И на игрушечном шарике Земли
Бегаю, танцую, ползу на коленях.

В небе хотелось утонуть.
День был невероятно свежим.
Я понял ясно, четко, вглубь:
Нигде, никогда, ничто не держит.

Моя золотая середина.
Когда выстрадал лево и право.
А со стороны – запутанная паутина,
Мол, «нет у тебя твёрдости нрава,

Тридцать три буквы упорно
Веками держат свой пост.
Что-то подсказывает, что в корне
Мир удивительно прост.

Пусть все скрепы терпят крах,
Свой скафандр срываю я —
Здравствуй ужас, здравствуйт страх,
Здравствуй, бездна Бытия!

Я так себе – всего-то прохожий:
Покупатель, пассажир, клиент.
Съедаемый метро железной рожей,
Выплюнутый языками эскалаторных лент.

Я расширяюсь
И чем дальше – тем качественнее я молчу.
За ярусом ярус
Я разбираю стену по кирпичу

Вот моё громкое обращенье
К тем, кто бегает кросс
По шарику земли, пассажирам времени колёс:
Движенье, движенье, движенье –