Как муравьишка домой спешил

Выбор редакции
Как муравьишка домой спешил - бианки виталий валентинович, сказка

Залез Муравей на березу.

Долез до вершины, посмотрел вниз, а там, на земле, его родной муравейник чуть виден. 

 Муравьишка сел на листок и думает: 

Отдохну немножко — и вниз".

У муравьев ведь строго: только солнышко на закат, — все домой бегут.

Сядет солнце, — муравьи все ходы и выходы закроют — и спать.

А кто опоздал, тот хоть на улице ночуй. 

 Солнце уже к лесу спускалось. 

 Муравей сидит на листке и думает: 

Ничего, поспею: вниз ведь скорей".

 А листок был плохой: желтый, сухой.

Дунул ветер и сорвал его с ветки. 

 Несется листок через лес, через реку, через деревню. 

 Летит Муравьишка на листке, качается — чуть жив от страха. 

 Занес ветер листок на луг за деревней, да там и бросил.

Листок упал на камень,

Муравьишка себе ноги отшиб. 

 Лежит и думает: 

Пропала моя головушка.

Не добраться мне теперь до дому.

Место кругом ровное.

Был бы здоров — сразу бы добежал, да вот беда: ноги болят.

Обидно, хоть землю кусай". 

Смотрит Муравей: рядом

Землемер лежит.

Червяк-червяком, только спереди — ножки и сзади — ножки. 

 Муравьишка говорит Землемеру: 

 — Землемер,

Землемер, снеси меня домой.

У меня ножки болят. 

 — А кусаться не будешь? 

 — Кусаться не буду. 

 — Ну, садись, подвезу. 

 Муравьишка вскарабкался на спину к Землемеру.

Тот изогнулся дугой, задние ноги к передним приставил, хвост — к голове.

Потом вдруг встал во весь рост, да так и лег на землю палкой.

Отмерил на земле, сколько в нем росту, и опять в дугу скрючился. 

 Так и пошел, так и пошел землю мерить.

Муравьишка то к земле летит, то к небу, то вниз головой, то вверх. 

 — Не могу больше! — кричит. — Стой!

А то укушу! 

 Остановился Землемер, вытянулся по земле.

Муравьишка слез, еле отдышался. 

 Огляделся, видит: луг впереди, на лугу трава скошенная лежит.

А по лугу

Сенокосец шагает: ноги как ходули, между ног голова качается.

 — Паук, а Паук, снеси меня домой!

У меня ножки болят. 

 — Ну что ж, садись, подвезу. 

 Пришлось Муравьишке по паучьей ноге вверх лезть до коленки, а с коленки вниз спускаться Пауку на спину: коленки у Сенокосца торчат выше спины. 

 Начал Паук свои ходули переставлять — одна нога тут, другая там; все восемь ног, будто спицы, в глазах у Муравьишки замелькали.

А идет Паук не быстро, брюхом по земле чиркает. 

 Надоела Муравьишке такая езда.

Чуть было не укусил он Паука.

Да тут, на счастье, вышли они на гладкую дорожку. 

 Остановился Паук. 

 — Слезай, — говорит. — Вот Жужелица бежит, она резвей меня. 

 Слез Муравьишка. 

 — Жужелка,

Жужелка, снеси меня домой!

У меня ножки болят. 

 — Садись, прокачу. 

 Только успел Муравьишка вскарабкаться Жужелице на спину, она как пустится бежать!

Ноги у нее ровные, как у коня. 

 Бежит шестиногий конь, бежит, не трясет, будто по воздуху летит. 

 Вмиг домчались до картофельного поля. 

 — А теперь слезай, — говорит Жужелица. — Не с моими ногами по картофельным грядам прыгать.

Другого коня бери. 

 Пришлось слезть. 

 Картофельная ботва для Муравьишки — лес густой.

Тут и со здоровыми ногами — целый день бежать.

А солнце уж низко. 

 Вдруг слышит Муравьишка, пищит кто-то: 

 — А ну,

Муравей, полезай ко мне на спину, поскачем.

Обернулся Муравьишка — стоит рядом

Блошачок, чуть от земли видно.

 — Да ты маленький!

Тебе меня не поднять. 

 — А ты-то большой!

Лезь, говорю. 

 Кое-как уместился Муравей на спине у Блошака.

Только-только ножки поставил. 

 — Влез? 

 — Ну, влез. 

 — А влез, так держись. 

 Блошачок подобрал под себя толстые задние ножки, — а они у него, как пружинки складные, — да щелк! — распрямил их.

Глядь, уж он на грядке сидит.

Щелк! — на другой.

Щелк! — на третьей. 

 Так весь огород и отщелкал до самого забора. 

 Муравьишка спрашивает: 

 — А через забор можешь? 

 — Через забор не могу: высок очень.

Ты Кузнечика попроси: он может. 

 — Кузнечик,

Кузнечик, снеси меня домой!

У меня ножки болят. 

 — Садись на загривок. 

 Сел Муравьишка Кузнечику на загривок.

Кузнечик сложил свои длинные задние ноги пополам, потом разом выпрямил их и подскочил высоко в воздух, как Блошачок.

Но тут с треском развернулись у него за спиной крылья, перенесли Кузнечика через забор и тихонько опустили на землю. 

 — Стоп! — сказал Кузнечик. — Приехали. 

 Муравьишка глядит вперед, а там река: год по ней плыви — не переплывешь.

А солнце еще ниже. 

 Кузнечик говорит: 

 — Через реку и мне не перескочить.

Очень уж широкая.

Стой-ка, я Водомерку кликну, будет тебе перевозчик. 

 Затрещал по-своему, глядь — бежит по воде лодочка на ножках. 

 Подбежала.

Нет, не лодочка, а

Клоп.

 — Водомер,

Водомер, снеси меня домой!

У меня ножки болят. 

 — Ладно, садись, перевезу. 

 Сел Муравьишка.

Водомер подпрыгнул и зашагал по воде, как посуху.

А солнце уж совсем низко. 

 — Миленький, шибче! — просит Муравьишка. — Меня домой не пустят. 

 — Можно и пошибче, — говорит Водомер. 

 Да как припустит.

Оттолкнется, оттолкнется ножками и катит-скользит по воде, как по льду.

Живо на том берегу очутился. 

 — А по земле не можешь? — спрашивает Муравьишка. 

 — По земле мне трудно, ноги не скользят.

Да и гляди-ка: впереди-то лес.

Ищи себе другого коня. 

 Посмотрел Муравьишка вперед и видит: стоит над рекой лес высокий, до самого неба.

И солнце за ним уже скрылось.

Нет, не попасть Муравьишке домой! 

 — Гляди, — говорит Водомер, — вот тебе и конь ползет. 

 Видит Муравьишка: ползет мимо Майский Хрущ — тяжелый жук, неуклюжий жук.

Разве на таком коне далеко ускачешь?

Все-таки послушался Водомера. 

 — Хрущ,

Хрущ, снеси меня домой!

У меня ножки болят. 

 — А ты где живешь? 

 — В муравейнике за лесом. 

 — Далеконько...

Ну что с тобой делать?

Садись, довезу. 

 Полез Муравьишка по жесткому жучьему боку. 

 — Сел, что ли? 

 — Сел. 

 — А куда сел? 

 — На спину. 

 — Эх, глупый!

Полезай на голову. 

 Влез Муравьишка Жуку на голову.

И хорошо, что не остался на спине: разломил Жук спину надвое, два жестких крыла приподнял.

Крылья у Жука точно два перевернутых корыта, а из-под них другие крылышки лезут, разворачиваются: тоненькие, прозрачные, шире и длиннее верхних. 

Стал Жук пыхтеть, надуваться:

Уф, уф, уф!" Будто мотор заводит.

 — Дяденька, — просит Муравьишка, — поскорей!

Миленький, поживей! 

 Не отвечает Жук, только пыхтит: 

Уф, уф, уф!"

Вдруг затрепетали тонкие крылышки, заработали.

Жжж!

Тук-тук-тук!.." - поднялся Хрущ на воздух.

Как пробку, выкинуло его ветром вверх — выше леса.

Муравьишка сверху видит: солнышко уже краем землю зацепило. 

 Как помчал Хрущ — у Муравьишки даже дух захватило. 

Жжж!

Тук-тук-тук!" — несется Жук, буравит воздух, как пуля. 

 Мелькнул под ним лес — и пропал. 

 А вот и береза знакомая, и муравейник под ней. 

 Над самой вершиной березы выключил Жук мотор и — шлеп! — сел на сук. 

 — Дяденька, миленький! — взмолился Муравьишка. — А вниз-то мне как?

У меня ведь ножки болят, я себе шею сломаю. 

 Сложил Жук тонкие крылышки вдоль спины.

Сверху жесткими корытцами прикрыл.

Кончики тонких крыльев аккуратно под корытца убрал. 

 Подумал и говорит: 

 — А уж как тебе вниз спуститься, — не знаю.

Я на муравейник не полечу: уж очень больно вы, муравьи, кусаетесь.

Добирайся сам, как знаешь. 

 Глянул Муравьишка вниз, а там, под самой березой, его дом родной. 

 Глянул на солнышко: солнышко уже по пояс в землю ушло. 

 Глянул вокруг себя: сучья да листья, листья да сучья. 

 Не попасть Муравьишке домой, хоть вниз головой бросайся! 

 Вдруг видит: рядом на листке Гусеница Листовертка сидит, шелковую нитку из себя тянет, тянет и на сучок мотает. 

 — Гусеница,

Гусеница, спусти меня домой!

Последняя мне минуточка осталась, — не пустят меня домой ночевать. 

 — Отстань!

Видишь, дело делаю: пряжу пряду. 

 — Все меня жалели, никто не гнал, ты первая! 

 Не удержался Муравьишка, кинулся на нее да как куснет! 

 С перепугу Гусеница лапки поджала да кувырк с листа — и полетела вниз. 

 А Муравьишка на ней висит — крепко вцепился.

Только недолго они падали: что-то их сверху — дерг! 

 И закачались они оба на шелковой ниточке: ниточка-то на сучок была намотана. 

 Качается Муравьишка на Листовертке, как на качелях.

А ниточка все длинней, длинней, длинней делается: выматывается у Листовертки из брюшка, тянется, не рвется.

Муравьишка с Листоверткой все ниже, ниже, ниже опускаются. 

 А внизу, в муравейнике, муравьи хлопочут, спешат, входы-выходы закрывают. 

 Все закрыли — один, последний, вход остался.

Муравьишка с Гусеницы кувырк — и домой. 

 Тут и солнышко зашло.

Комментарии
Вам нужно войти , чтобы оставить комментарий