Все умирает и все возвращается

Каин и Авель Кристаллы первосвященника Хочется вбить в башку

Незнакомая нежность — не взгляд, а трепет. На границе безволия, безразличия. Не проси доверять хрупкий мир — он из титана, костей и света.

Предзакатное солнце чертит сквозь травы крест, Проливает в просветы янтарные волны безмолвия. Не ищи для меня покоя и лучших мест, Чем губы и воды твои, теплее морей и солёнее.

Дети мира открывают глаза видят небо, прекрасное и великое. А потом — друг друга,

Фиолетовый гибискус, Комната в белом цвете, Медовый запах ванили, Минута молчания как канат

Послушай, юнга, тонуть не стоит, Портвейн гоняя по тралу вен. Мы оба знаем — ты давний стоик И к двадцати нарешал дилемм.

Я не знаю, кто ты И почем твое нынче слово. Я не знаю, какой породы Пес, что залез под кожу,

Скоро будет как раньше: некого ждать, и мирно цветет жасмин; Чай и равенство, и манерно теплеет март. Ты насыплешь в ладонь мою терпкий тмин: Эхо сонной как вол весны — и тихой, как выгоревший Катар.