Валерий Брюсов

Где океан, век за веком стучась о граниты,
Тайны свои разглашает в задумчивом гуле,
Высится остров, давно моряками забытый,-
Ultima Thule.

Молодой моряк вселенной,
Мира древний дровосек,
Неуклонный, неизменный,
Будь прославлен,

Я люблю большие
И узкие улицы
В дни, когда не настала зима,
А осень повеяла холодом.

(Сонет с кодою)
Цветы роняют робко лепестки,
Вечерний ветер полон ароматом,
И в сердце, грезой сладостной объятом,

(Палиндромы)
Я — арка края.
Атака заката.
О, лета тело!

Звезды закрыли ресницы,
Ночь завернулась в туман;
Тянутся грез вереницы,
В сердце любовь и обман.

Графиня!
То-то на просторе
Изъездили вы белый свет;
Знакомы суша вам и море

M.A. Врубелю
От жизни лживой и известной
Твоя мечта тебя влечет
В простор лазурности небесной

Их цепи лаврами обвил.
ПушкинДа! цепи могут быть прекрасны,
Но если лаврами обвиты.
А вы трусливы, вы безгласны

Посвящается княгине Е.
Н.
Мещерской1Что ты, в радости ль, во гневе ль,
Море шумное, бурлишь

Вспомни вскрики в огненной купели ласк, —
Зов смычка, поющего в метели пляск, —
И клинка, сверкнувшего у щели, лязг!
Вспомни: гнулось тело, как живая жердь;

Офелия гибла и пела, И пела, сплетая венки, С цветами, венками и песнью На дно опустилась реки. А.
Ты не сплетала венков Офелии,
В руках не держала свежих цветов;
К окну подбежала, в хмельном веселии

(ФЕОДОСИЯ, ДЕКАБРЬ 192O)Отчего, встречаясь, бледнеют люди
И не смеют друг другу глядеть в глаза?
Отчего у девушек в белых повязках
Восковые лица и круги у глаз?

Небо — серое от туч,
Камни — серые от влаги,
Утомленно виснут флаги,
День не нужен и тягуч.

Якову Александровичу Глотову… И мир, как море пред зарею,
И я иду по лону вод,
И подо мной и надо мною
Трепещет звездный небосвод…

Улицей сонной и тихой
В белом сиянии дня
Шел он весело, лихо…
Девушка — взоры склоня.

Стоял я в этот час, незрящий
Пред будущей судьбой Эдип,
И видел лишь ее дрожащей
Руки пленительный изгиб.

Весы качнулись мировые,
Высоко подняты судьбой.
На чашу темную Россия
Метнула жребий тяжкий свой.

Солнце летит неизмерной орбитой,
Звезды меняют шеренгами строй…
Что ж, если что-то под солнцем разбито?
Бей, и удары удвой и утрой!

Ассура край постигло наводненье,
Погибли севы, смытые водой,
Хирели, влагой пьяные, растенья.

Я верую в мощного Зевса, держащего выси вселенной
Державную Геру, чьей волей обеты семейные святы
Властителя вод Посейдона, мутящего глуби трезубцем
Владыку подземного царства, судью неподкупного Гада

Республика последних снов на грани,
Где шелест нив и шум лесной к пустыне
Приносят гул надбрежных обмираний!
Предельные, где скат песков, святыни!

Еще в полях белеет снег,
А воды уж весной шумят —
Бегут и будят сонный брег,
Бегут и блещут и гласят —

1Созвездьями мерцавшее чело,
Над хаосом поднявшись, отразилось
Обратной тенью в безднах нижних вод.
Разверзлись два смеженных ночью глаза —