Сергей Кривонос

И совесть, и честь продаются задаром,
И память о прошлом — в холодной пыли.
В стране все длиннее да звонче базары,
В стране, что ни день, все бессильней рубли.

Сказочная видится картина:
Прилетев нежданно в край родной,
Изрыгает пламя Змей-Горыныч
Над когда-то сильною страной.

Оттого ли, что счастье
ко мне приходило нечасто,
Мое сердце, как клетка,
в котором тебя я держу.

В твоем лице есть что-то от весны,
От всех апрелей будущих и прошлых.
Проталины морщинок осторожных
Улыбкой добрых глаз освещены.

— Все до крохи растрачено. Сели на мель.
Ветер уличным псом завывает.
Но постой, то не ветер, а просто метель.
— А какая метель?

Там, где есть красота, меньше черствых и злых.
Не напрасно у Витьки под окнами вишни.
И вылазит в минуты мечтаний ночных
Он к прошитому звездами небу на крышу.

В мире значим каждый шорох,
Каждый легкий вздох.
И без Малого Большое —
Что без птиц гнездо.

Огни по поселку рассыпаны густо,
Натруженный ветер уснул в борозде,
И плещутся, словно соседские гуси,
Полночные звезды в полночной воде.

Когда обреченные листья промокнут И ветер по ним побежит наугад, Дожди подойдут к занавешенным окнам И там до утра простоят. Шагам одиноким за стенкой внимая, Оставят осенних мелодий суму. Дожди не затихнут, они понимают, Как тягостно быть…

Так уж есть: по приезде в столицу Всех нас — колькиных, витькиных, ванькиных — Что-то тихо завет на Ваганьково, Где нельзя ни ругаться, ни злиться. Там старушек несчастья свели — Просят денег, как дети сиротские, Там негаснущий голос Высоцкого…

Порою год — как век, как множество годов, Порою промелькнет скупой мгновенной тенью. И старше я тебя на несколько веков, И старше я тебя на несколько мгновений. Неслышно окунусь в туман твоих волос, Пойму, что грусть моя навеки растворилась.…

Терзают ночь свирепые метели, Холодной грустью снег летит опять. Был Ваш уход — как выстрел на дуэли, Он мог бы все навеки оборвать. Ушли вы неспеша, несуетливо, И надломилось сердце, но — терплю. Совсем не потому, что терпеливый, А потому, что…

Уезжай. На прошлое не сетуй. Ни к чему унылые слова. Уезжай. Как отпылало лето, Так сгорит осенняя листва. Ты чертовски молода и, чтобы Шла сквозь дни любимой и любя, В мир весны пускай везет автобус Из пришедшей осени тебя. Что сейчас мои…

Снег на губы ляжет, обжигая, Затоскует по теплу земля. Вы со мной проститесь, дорогая, Потому, что снегом буду — я. Знаю, Вы, конечно, не напрасно Среди вьюг искали свой успех, Потому от Ваших губ прекрасных Не один успел растаять снег. Ну, а я…

Обломанным крылом повисла ветка, И воздух поздних чувств слегка горчит, А сердце так отчаянно стучит, Что раздвигается грудная клетка. И хорошо — дышаться будет легче, Ведь сколько б не пуржило, не мело, Я точно знаю — рук моих тепло Найдет твои…

В мои глаза ты смотришь без укора, И, наплевав на сплетни да вранье, Я чувствую себя заправским вором, Укравшим не чужое, а свое. Мне пересуды душу не остудят, И кража сильно мне не навредит. Быть может, за нее меня осудят, Но никогда не смогут…

Нынче молчалив и светел сад, Нынче осень щедро золотится. Кажется, дома — большие птицы: Ставнями взмахнут и полетят. Вздрогнет удивленно мир кругом, Потому, что над пожухлой далью Поплывет поселок косяком С тихой журавлиною печалью. Он покинет…

Опять сентябрь. Становится родней Задумчивость деревьев золотистых, Ведь кажется, с уставших тополей Года слетают, а не просто листья. Еще тепла осенняя земля, Еще светлы непаханные дали… А мы ведь тоже, словно тополя, Листвы годов немало…

Полем иду и кусаю небрежно травинку. Легкая грусть, или просто грустинка, со мной. Между травинкою этой и этой грустинкой Разницы, в сущности, нету сейчас никакой. Обе они вроде рядом и вроде-бы — где-то, Не замечаю их в думах о важном своем. И…

На тропинках небес тучи в звездной пыли, Непоседливый ветер гоняет их резво. И краснеет восток, словно кто-то вдали Тонким месяцем небо разрезал. Наполняется сад хриплым криком грачей И стучится в окно веткой ясеня сонно. Вот и ветер уже за…

Сквозь облака протиснулась заря, Слабеющих цветов глаза раскрылись, И озорные звуки сентября В мелодии ветров соединились. А я спешил сюда издалека, На край села, на синий край рассвета, Где снежно смотрят с неба облака, Но где еще по-свойски…

Мне суть ясна улыбок хитроватых, Ведь та, что улыбалась мне когда-то, Как понял я потом, была чужой. Самонадеянно уют нарушив, Улыбкою своей вломилась в душу, Вот и живу с проломанной душой. «Вино любви пей, — говорят мне, — смело, Оно сейчас…

Окно глядит на улицу, грустя,
Оно как будто в чем-то виновато.
И туча над немой застыла хатой,
Привязанная нитками дождя.

Все тропинки в утренние чащи
Звали издалека и вели:
Очень скоро с песнею скорбящей
Проплывут прощально журавли.