Ни божества, ни смертного, ни твари

Ни божества, ни смертного, ни твари
не встретишь на ноябрьском тротуаре.
А ночь — как дама пик:
надежды нет на «тройку» и «семёрку» —
измерь, тащась пешком в свою каморку,
весь евроазиатский материк.

…Работает сюжет неутомимый:
и честное предательство любимой
и частный детектив,
всегда живущий хоть в одном знакомце,
с утра начнут стучать в твоё оконце
и позовут на помощь коллектив.

И убегать от сущего — нелепость.
Не в Англии: твой дом — какая крепость?
Готовься ко всему:
к гостям — без них какой же одинокий? —
к напору аргументов, аналогий —
к бездомной жизни в собственном дому.

И дух счастливых лет превозмогая,
поверив в то, что будет и другая, —
возненавидь её:
зачем она вернее той и чище,
и вся — костёр, коль мило пепелище,
вся — правда, если дорого — враньё…

Взревел мотор. Две капли прозвенели.
Промёрзший лист прошаркал по панели.
Сегодня важен слух.
Он знает то, что зрению невнятно.
А очевидное — невероятно:
горел, горел очаг наш — и потух!..

Ещё недели две до снегопада,
и так темно, что света и не надо:
не разглядишь судьбы,
которая — как верхняя соседка:
слышна всегда, а вот видна так редко,
вся — в звуках: от угрозы до мольбы.