У мамы руки ссохшейся лозой

У мамы руки – ссохшейся лозой -

Бессрочно притороченные к швабре.

Уборщица в столовой городской.

Я этого стыдился и с гитарой

Разучивал «шансоны» на балконе

О времени ко мне неблагосклонном.

А вечером – с работы пирожки.

Мы пили чай. Мечтали - к морю, в отпуск.

И лунный глаз в окно, по-воровски,

Заглядывал. Крутился где-то глобус

Ракушек, побережий и пионов,

Распластанных медуз и брызг солёных.

Мы к морю не поедем никогда.

Не станет мамы. Жалок и растерян

Я спрашивал дремавшего Христа

На тумбочке у маминой постели:

«Куда ты смотришь? Где же справедливость?»

Порвал его и выбросил пугливо.

За окнами сплетался и шумел,

Проклевываясь почками и свистом,

Мой взрослый мир. Сквозь проволоку дел

Цеплялся за фасады и карнизы

Корявыми, но цепкими ростками.

А с фото на меня смотрела мама...