Николай Олейников

Меня изумляет, меня восхищает
Природы красивый наряд:
И ветер, как муха, летает,
И звезды, как рыбки, блестят.

Однажды Склочник
В Источник
Плюнул с высоты.
… С тех пор Источник с ним на «ты».

Руп —
На суп
Трешку —
На картошку *

Мифологическое
1
Спускался вечер. Жук, летая,
Считал улепетнувших мух.

И вот с тобой мы, Генриетта, вновь.
Уж осень на дворе, и не цветет морковь.
Уже лежит в корзине Ромуальд,
И осыпается der Wald.

Верочка, Верочка!
Ваше кокетство
Нужно бы
Попридержать.

Я твой! Ласкай меня, тигрица!
Гори над нами страсти ореол!
Но почему, скажи, с тобою мы не птицы?
Тогда б у нас родился маленький орел.

Кузнечик, мой верный товарищ,
Мой старый испытанный друг,
Зачем ты сидишь одиноко,
Глаза устремивши на юг?

Вот как начнешь подумывать
да на досуге размышлять,
То видишь наконец, что точно —
надобно жениться.

Когда ему выдали сахар и мыло,
Он стал домогаться селедок с крупой.
… Типичная пошлость царила
В его голове небольшой.

Половых излишеств бремя
Тяготеет надо мной.
Но теперь настало время
Для тематики иной.

Я — мерзавец, негодяй,
Сцапал книжку невзначай.
Ах, простите вы меня,
Я воришка и свинья.

Тихо горели свечи.
Вышла ты в зимний сад.
В белые голые плечи
Снег и крупа летят.

_Ольге Михайловне
Блестит вода холодная в бутылке,
Во мне поползновения блестят.
И если я — судак, то ты подобна вилке

_С. Болдыревой
Маленькая рыбка,
Маленький карась,
Где ж ваша улыбка

Пойду я в контору «Известий»,
Внесу восемнадцать рублей
И там навсегда распрощаюсь
С фамилией прежней моей.

Великие метаморфические силы
Присутствуют в предметах странной формы.
Их тайное прикосновение еще не ощущает наблюдатель
В своем невидимом жилище с красной крышей

Плодов и веток нумерация,
Когда рассыплет лист акация,
Плодов места определив,
Места для птиц, места для слив,

Красавица, прошу тебя, говядины не ешь.
Она в желудке пробивает брешь.
Она в кишках кладет свои печати.
Ее поевши, будешь ты пищати.

Маршаку позвонивши, я однажды устал
И не евши, не пивши семь я суток стоял
Очень было немило слушать речи вождя,
С меня капало мыло наподобье дождя

Вчера представлял я собою роскошный сосуд,
А нынче сосут мое сердце, пиявки сосут.
В сосуде моем вместо сельтерской — яд,
Разрушен желудок, суставы скрипят…

Нежный лобик в преизбытке
Покрывают волоса.
На лице, как на открытке,
Нарисованы глаза.

Ты не можешь считаться моим идеалом,
Но я все же люблю тебя, крошка моя.
И, когда ты смеешься своим симметричным оскалом,
Я, быть может, дрожу, страсть в груди затая.

_Достоевский
Таракан сидит в стакане,
Ножку рыжую сосет.
Он попался. Он в капкане.