АННА ПРОКОПЬЕВА

Ниагара не будет ждать просьбы: «Теки!».
Ураган, хохоча, разрывает листки.
Я лечу, как граната, лишившись чеки –
Прочь с дороги! И психику побереги.

Мы теряем бессмертие,
Вкус уходит с губ молоком:
Умирают друзья
И те, с кем был лично знаком.

Утренний блюз пахнет молотым кофе.
Сонная женщина крутит прядку,
Волосы змеями обняли профиль,
Вид их – насмешка над тягой к порядку.

Остались с тобою в придуманном мире,
Задёрнули шторы в притихшей квартире.
К полуночи город за окнами вымер.
Из душ виртуальных мы стали живыми.

Песочных замков жёлтые руины.
Останки синей птицы на снегу.
Сегодня не держать мне гордо спину,
а завтра обязательно смогу.

Напиши обо мне самый грязный свой рэп,
Прорычи его: пусть будет голос свиреп!
Я хочу слышать весь растворённый в нём гнев,
Отправляй панчи в склеп, на худой конец — в хлев.

После собрания в клубе почтенных змей
Кутая шею в изящный, в полоску, шарф,
Она вздохнула: сбрасывать кожу быстрей
Требуют новые правила, не душа.

Морской проспект, увы, не пахнет морем,
А только лесом, кофе и корицей,
И сотней незаписанных историй –
Им никогда уже не повториться.

Гуляешь один по городу,
Проветривая пустые карманы,
Взлохмачивая сухие, точно соломенные, волосы,
Вдыхая всем своим существом апрель,