Разговор у прилавка.

– Покупайте тетраэдрические арбузы, –

Говорил господин в цилиндре, – шарообразность

Не является высшей формой, а на базаре

Многогранность и многогранники нынче в моде,

В них родные себе глаза узнают стрекозы.

– Подожди, послушай, стрекозы почти что мухи,

Узнают и другие вещи, куда похлеще.

Если кто-то крылами машет и глазом блещет,

Это вовсе не ангел, быть может, а кто-то вроде

Насекомого, что жужжит над ухом.

– Мои ягоды слаще лжи и краснее крови,

Вытекающей при ранении из артерий.

Сколько граней у нас у каждого, столько мнений.

Мы чужие друг другу, мы непохожи в лицах,

Образ мыслей меняем на формы слова.

– Может мир изменил свою форму, но суть все та же:

Ограниченность, угловатость и мокрый порох.

Люди пишут послания на заборах:

"Мы в своих же запретах запутались и границах

Заблудились. Забери нас отсюда, Боже!"