Он

Он будет целовать меня в макушку, под вязаным тёплым пледом, сплетясь костями.

Будет истинным моим суженым, мягким и терпким, как в том самом сопливеньком сериале.

Я буду жарить на завтрак яйца, материться на кошку, купать ребёнка, с зеркал отмывать отпечатки пальцев, со стола разводы и бесконечные крошки.

Для счастья ведь надо совсем немножко.

Вечерами томными и тоскливыми, когда ностальгия затмит мозг, я вспомню, как несбывшихся называла по имени, пресловутое «до», как сильно верилось: точно сбудется, надо только чуть-чуть дожать, переделаться, переправиться и замолчать.

Только счастья там не видать.

И наступит рассвет, растворится печаль в бокале.

Было много тех, кого мы меняли, кроили, латали.

До кого пытались допрыгнуть, ломая кости, с кем могли быть вместе, добывая горсти тепла.

Вот такая земная игра.

А потом придёт он — лохматый и слегка безумный.

Улыбнётся и скажет: ну что, ждала?

Он будет молча делать поступки и так мало болтать.

А если болтать, то так, что мурашки по коже: ведь в этом и мудрость, и вселенская глубина.

Приедет с работы, в руках — незабудки и пара бутылок вина.

Такой, какого всегда ждала.