Дар


Юрий Чигров

Повесть

Ночь всем телом навалилась на землю и прижала её к себе, стараясь поглотить ночным мраком самые светлые уголки. Тучи съели месяц и стали вколачивать в землю первые стрелы молний, которые, вонзаясь в неё, как бы предупреждали, что это только начало, настоящие удары будут впереди. Так и случилось: от разгула молний ночь стала превращаться в день, день - в ночь. Ночные грозы - не редкость, но эта отличалась тем, что почти каждый удар грома был поистине чудовищной силы. Казалось, что все вокруг рушится, что каждое строение считает последние секунды своего существования. Небо выпустило на волю ливневый дождь, и он, наслаждаясь безграничной свободой, с бесшабашной удалью, принялся колотить землю. И вот в такую ночь из подъезда одного из домов по улице Удальцова вышел молодой человек лет двадцати пяти. Он поднял воротник своего плаща, глубоко натянул ковбойскую шляпу на лоб и шагнул в стихию. Превратившись в водяную движущую фигуру, человек пересек дорогу, по которой с шумом несся поток грязной воды и стал спускаться по ступенькам небольшой лестницы к прудам, что находились между улицами Удальцова и Кравченко. Два пруда разделяла довольно узкая дорожка. Он прошел по ней до самого края, где кончался асфальт, а потом, не обращая внимания на то, что ноги его стали вязнуть в грязи, углубился в заросший высокой травой неглубокий овраг, который в погожие дни жаркого лета служил местом, где люди с удовольствием загорали. Здесь встречались и деревья. Под одним из них странный незнакомец остановился и огляделся пол сторонам. Что он хотел увидеть, было непонятно. Оглядевшись, молодой человек стал раздеваться. Одежду он складывал в большую сумку, которая до этого момента ви��ела у него на плече, туда же была отправлена и шляпа. Сбросив с себя все, он вышел из-под дерева. Сложив руки на груди, неизвестный постоял некоторое время совершенно неподвижно, а потом стал простирать их к грозовому небу. Делал он это очень медленно, хотя ледяной дождь бил его голое тело нещадно. Дыхание у него вдруг участилось, а лицо напряглось так, как будто все его мышцы свела страшная судорога. Тело вытянулось в струну. Казалось, он хочет достать что-то из темноты, выхватить нечто из черного грозового неба. Вдруг на небе показалась яркая точка. Медленно она стала приближаться к молодому человеку. Он, явно, звал ее! Вскоре точка увеличилась. Она стала кружить над его головой, описывая круги все меньшего и меньшего диаметра, и, наконец, опустилась на ладони молодого человека. Непонятная, загадочная шаровая молния лежала на ладонях живого мыслящего существа, не причиняя ему никакого вреда. Неожиданно она стала впитываться в его ладони. Когда молния полностью исчезла, руки его стали также медленно опускаться, как и поднимались. Тело и лицо избавились от напряжения. Вода, ручьями стекавшая с человека, вдруг отделилась от него, как будто бы какая-то неведомая сила оторвала ее от тела с необыкновенной легкостью. Теперь ни одна капля дождя не достигала его. Он попал под какую-то невидимую сферу, на краю которой дождь обращался в пар! Молодой человек начал делать какие-то замысловатые движения, и затем, вынув из сумки шляпу и мокрую одежду, стал одеваться; при этом одежда непонятным образом, прикоснувшись к телу, становилась сухой. Вскоре ночной гуляка повесил опустевшую сумку на плечо и тронулся в обратный путь. Тьма и свет от молнии, свет от молнии и тьма, хлесткий порывистый ветер и холодный ночной дождь провожали таинственного человека до того самого подъезда, откуда он вышел. Видимо, этот человек был хозяином ночных стихий. Войдя в подъезд, он захлопнул за собой дверь, оставив своих разъяренных помощников допевать их вздорные ночные песни.

В любом городе при кипучей жизни людей происходит много событий. События бывают комические, трагические, нелепые и, естественно, удивительные. Об этом знают все, но только

немногие убеждены, что случаются ещё и совершенно не объяснимые, мистические события.

В Москве на беговой дорожке небольшого стадиона в районе между Ленинским проспектом и проспектом Вернадского случилось несчастье.

Местные физкультурники сообщили в полицию о внезапной смерти одного из бегунов. Это был врач районной поликлиники Семён Райзман. Выяснилось, что он в 8 часов утра выбежал из дома на зарядку, а уже в 8.30 был мертв. Экспертиза показала, что ему был нанесен удар, видимо, раскалённым прутом в область лба, от которого врач и скончался. Специалисты при расследовании убийства сразу же зашли в тупик. Оказалось, что этого спортсмена – любителя видели на стадионе очень многие. В это время там всегда полно бегунов. Один из свидетелей показал, что он бежал позади Райзмана на расстоянии около 30 метров. Так они трусцой пробежали три круга по дорожке стадиона, а потом врач сделал резкое ускорение, но через секунду был отброшен назад какой-то неведомой силой. Рядом с ним в это время никого не было. Проще всего было бы взять на подозрение этого свидетеля, но другие люди подтвердили, каждый в отдельности, что показания этого человека правдивы. Следствие зашло в тупик.

Опытный следователь, Сергей Кутасов, ознакомившись с делом, понял, что ему предстоит труднейшее расследование. Было понятно, что свидетели сговориться не могли, а их показания однозначны: рядом с Райзманом никого не было. Это походило на какую-то невероятную фантасмагорию: трудно было понять, как при наличии трупа были сплошь свидетели, но не было даже предполагаемого убийцы. Им просто даже и не пахло. Сергей решил еще раз посетить то место, где произошло убийство. Появившись на стадионе, он заставил себя начать работу так, как будто раньше он не думал о ней вообще:

- Итак, - рассуждал следователь, - кто мог нанести пострадавшему такой страшный удар, ведь рядом с убитым, когда он был еще жив, никого не было? А если, предположим, монотонный бег по стадиону сделал всех бегунов внимательными только по отношению самих к себе. Дыхание, биение сердца, ритм бега, наверное, занимали каждого в той степени, какая не позволяла сосредоточиться на чем-либо постороннем! Далее! Предположим, что некто, бежавший впереди Райзмана, дал незаметно себя догнать. В рукаве у этого «икс» мог быть металлический прут. Допускаю, что это какой-то особенный прут, раскаляющийся при нажатии кнопки. Двигаемся далее. Этот «икс», не оборачиваясь, профессионально мог нанести удар? Мог! А потом, убийца, скорее всего, стремительно рванул вперед и, когда Райзман свалился на дорожку, оказался впереди него метров на тридцать. Естественно, свидетели и утверждают, что рядом с убитым никого не было. Та-а-к! В этом случае убийца должен быть великолепным спринтером. Ага! Исходная точка есть. И кто же этот спринтер? Кто?

- А если ваша логика неверна, и спринтер здесь не при чём? - спросил вдруг кто-то.

Следователь вздрогнул и обернулся. Перед ним стоял молодой человек в ковбойской шляпе.

- Вы кто? - неуверенно поставил вопрос Сергей.

- Да уж, я и сам не знаю, кто я, - начал незнакомец, - только я здесь для того, чтобы уговорить вас отказаться от лишнего труда; я думаю, вы нормальный человек и все быстро поймете.

- Недурное начало, - сказал Кутасов, немного нервничая, - откуда вы знаете, какой я человек?

- Знаю! А место здесь заколдованное, не правда ли?

- Документы, пожалуйста!

- О! Не надо доказывать, что я в вас ошибся, - молодой человек сделал жест рукой, приглашая пройтись, - разве я сделал что-то такое, за что меня надо юридически просвечивать, начиная с паспорта?

- Откуда вы узнали, о чем я думаю?

- Я услышал, о чём вы бормочете, слух у меня хороший. Предлагаю вам прямо здесь закончить следствие, ибо вы не сможете самостоятельно найти убийцу.

- И про меня-то вы знаете, и про убийство знаете! Чудеса, да и только! А не вы ли тюкнули спортсмена - любителя по лбу?

- Как же я это сделал?

- Ладно, проехали, но вы что, не понимаете всю абсурдность своего предложения?!! Что же я скажу начальству? Мол, один умник посоветовал закрыть дело, ничего при этом, не объяснив, а умников надо слушаться, так что ли? Вы сами-то представляете, какой совет мне даёте?

- Хороший совет! Можно ведь что-нибудь придумать, чтобы уйти от этой проблемы, а так... дело-то вы всё равно закроете, но когда это будет сделано, ваша репутация следователя упадет, и вы не досчитаетесь многих миллионов своих нервных клеток. Если это вас устраивает, то, пожалуйста, дерзайте! Честно говоря, я люблю увлечённых людей. Вот, правда, бестолковых – не люблю.

- Может быть, так все и будет, - сказал Сергей, - но я никак не пойму, вам-то, что за дело до всего этого? Это резонный вопрос или, по - вашему, не очень?

- Мне захотелось познакомиться и поговорить с человеком, который так или иначе, первым прикоснулся к моей судьбе, - молодой человек сделал небольшую паузу, - могу я себе это позволить, а?

Следователь удивленно посмотрел на необычного незнакомца:

- Я прикоснулся к вашей судьбе? Не понял! Или вы просто образно выражаетесь?

- А я ничего не буду вам объяснять. Всё! Я познакомился с вами, прощайте! Не пытайтесь меня задержать – бесполезно. Молодой человек резко развернулся и зашагал прочь.

В небольшом уютном кафе за маленьким столиком сидели две девушки. Одна из них обладала исключительными внешними данными; безусловно, в её облике скрывалось чудо. Ту, что сидела спиной к входу в кафе и энергично крутила головой, звали Ириной; чудо звалось Оксаной. Девушки с удовольствием ели мороженое; нити беседы, которая находилась на кульминационной стадии развития, держала в своих руках Ирина. Оксана широко раскрывала свои огромные глаза, кивала головой и изредка поддерживала разговор короткими фразами. Ирина выкладывала перед ней самые веские свои аргументы:

- Оксанка, ты недотёпа! Неужели не понимаешь, что такую внешность, какую имеешь ты, Бог даёт женскому полу раз в тысячу лет?

- Да ладно уж, - Оксана явно смущалась.

- Что уж, что уж?! Слушайся меня и всё будет хорошо. На Мосфильме ты займёшься выпрямлением извилин у какого-нибудь продюсера, которого мы обязательно вычислим. Естественно, извилины выпрямятся, продюсер станет дурачком, а ты – примой! Ну, а я в этой ситуации и свою выгоду найду. Не могу же я, в конце концов, хоть чего-нибудь не найти!

- Да бред всё это, - Оксана не собиралась соглашаться с доводами своей подруги.

- Ну, конечно, тебе веселее наслаждаться обществом посетителей городских ресторанов. Это классное занятие! Кстати, свою красоту ты можешь подарить местному авторитету. Станешь авторитеторшей, тоже классно! Про то, что ты ещё не совершеннолетняя и в кабачках винцо глушить тебе, в общем-то, не положено, я просто молчу.

- Не-е! Не круто, только всё это ты выдумываешь. Кстати, про «глушить винцо» ты не молчишь, а очень даже говоришь!

- Мне 17 лет, и если я чего не знаю, то у меня хватает мозгов о многом догадываться, Ирина злилась, - а ты в 17 годков с полным набором троек в аттестате ещё ни фига соображать не научилась!

- Что же, Ирка, я должна делать? – Оксана резким движением отодвинулась вместе со своим стулом от столика, - выйти на улицу и орать во всю глотку: эй, кто здесь холостой – неженатый, выходи! Не требуется ли невеста без приданого, которой нужен жених с приданым. - Так что ли?

- Ты не очень далека от истины! Орать, конечно, не нужно, но продюсер нужен. Возможно, он окажется кривоватым и староватым, но это не беда! Главное, чтобы будущую свою жену, то есть тебя, - Ирина ткнула пальцем в Оксану, - осыпал денежками и содержал, как белую лебёдушку.

- Ты с чего это взяла, что я пойду замуж за урода?

- Прежде всего, ты пойдёшь замуж за будущую роль. Возможно, какое-то время придётся помучиться. Ничего – потерпишь! Ну, а потом разведёшься в нужное время. Кстати, не исключаю, что мы наткнёмся на продюсера – красавчика. Теперь отвечу, почему мы начнём с Мосфильма. Там у моей тётки есть связи. Телефон нужного человека она мне оставила, поэтому наш путь ведёт именно туда. Всё, пошли отсюда.

Две огромные нечеловеческие руки потянулись к горлу молодого человека и сдавили его. Внятный глухой голос зазвучал из угла тёмной комнаты, проникая в самое сердце, отчего оно забилось так, как будто бы вынесло перед этим огромную физическую нагрузку.

- Слушай меня, вещал голос, - в тебе открыли Дар, с помощью которого у тебя появилась возможность впитывать в себя Мировую энергию. От шаровой молнии ты мог заряжаться, как аккумулятор, превратившись в человека–энергию с уникальными возможностями. Ты мог под гипнозом заставлять людей уходить в их прошлую жизнь, и возвращать в реальность такими, какими они были в этой реальности. Этот величайший Дар, ты не смог оценить, не смог понять, какая это честь для тебя! Ты не сумел правильно распорядиться этим Даром. На тебе лежит грех убийства.

Молодого человека охватил ужас и непонимание того, как могут находиться чьи-то пальцы на его горле, если голос звучит из отдалённого тёмного угла.

- Я не хотел убивать. Вы не должны обвинять меня в этом. Это несчастный случай, - прохрипел молодой человек.

- Тебе необходимо искупить свою вину. Как ты это сделаешь, решать только тебе. Но вот, что ты должен сделать обязательно: завтра ночью пойдёшь на ближайшее кладбище, - голос овладевал всем существом молодого человека,- отсчитаешь от центрального входа 12 могил по правой стороне. Увидишь разветвлённое дерево с тёмной и светлой корой. Срежь кусочек белой или тёмной коры и брось её на двенадцатую могилу. Я решу, удачным ли будет твой выбор.

- Я не хочу ничего выбирать,- вырвалось из груди молодого человека

- Придётся!- прозвучало в ответ, - добро и зло всегда рядом, и всегда приходится выбирать. Никогда не перечь судьбе, никогда!

Молодой человек проснулся, сел на край кровати, обхватив голову руками.

Ирина с Оксаной не сразу взялись за то, что являлось их главной целью. После того, как тетка, уехала на дачу до октября, оставив им двухкомнатную квартиру, они расслабились: два дня валялись в постели, ничего не делая, бегло просматривали книги из домашней библиотеки, смотрели телевизор и неудержимо валяли дурака. Конечно, Ирина не забыла, зачем они пожаловали в Москву, но она желала взять старт в отличной форме, того требовали грандиозные замыслы. Впрочем, что касается замыслов, то они никогда и не покидали её, она была ими полна в любое время дня и ночи. Наконец, время действий наступило.

- Всё! - решительно произнесла Ирина на четвертый день их московского бытия, - Оксанка, пора в бой! Внимание! В бой идут одни молодухи! Начинаем операцию под кодовым названием “Продюсер”. Мы в отличной форме; мужикам в самое ближайшее время предстоит веселая жизнь, - Ирина выпорхнула из-за стола, за которым они с Оксаной завтракали, и вскочила на стул. Левая рука взметнулась вверх, и чайная ложка, захваченная двумя пальцами со стола, превратилась в дирижерскую палочку, - мы воздвигнем себе нерукотворный памятник, потому что гениально сыграем в картине продюсера-холостяка что-нибудь эдакое! Пусть даже это будет фильм о том, как мышка хвостиком осмелилась разбить, яичко курочки Рябы. Что касается меня, то я соглашусь играть роль мышки и даже яичка, если только продюсер этого фильма будет холостым. Ты же, - Ирина ткнула пальцем в Оксану, - возьмешь бедную продюсерскую душу, и засунешь ее к себе в сумку. Продюсер, конечно, полезет за ней, будет клянчить вернуть её, но ты будешь непреклонна!

Оксана во время монолога Ирины спокойно, не торопясь, пила кофе и только иногда громко фыркала. Наконец, она произнесла:

- Если бы, Ирочка, было все так просто, то от нерукотворных памятников некуда было бы деваться!

- А надо шевелиться, подруга моя! Мы и приехали сюда, чтобы шевелить мозгами и ещё кое-чем. А ты тюкать пальчиком о пальчик не очень-то любишь!

- Ты сама-то кто такая есть? - Оксана грохнула чашкой и закинула ногу на ногу.- Это ж надо! Своими нравоучениями ты меня просто затюкала. Во-первых, я тебя на командные посты не выдвигала, а во-вторых, приглуши свой учительский тон! Меня от него тошнит.

- Не обижайся, - примирительно сказала Ирина, - что есть, то есть! Я сама такой же продукт. Осознаю, что - балда, но ведь счастье кую себе сама!! Винить некого! А дело есть дело!!!

За него мы еще не брались, но в ближайшее время непременно возьмемся и доведем до победного конца. Да здравствуем мы! Давай наряжаться. Я хочу быть сегодня предельно навороченной!

Из дома девушки вышли через три часа и двинулись в сторону кинотеатра. Там им надо было сесть на тридцать четвертый троллейбус с тем, чтобы на нём добраться до Мосфильма. Неизвестно с какого перепугу, но перспективы их замечательной будущей карьеры им виделись отчётливо и только со знаком плюс. Не прошли они и пятидесяти метров, как увидели идущего им навстречу человека в шляпе. Не доходя до девушек, он остановился и впился в Оксану глазами... Ирина знала, что ее подруга удивительно хороша собой, знала, что Оксана магически воздействовала на мужчин, но чтобы вот так.

Ирина не удержалась:

- Закройте, пожалуйста, рот. Неприлично таким вот образом приветствовать дам, к тому же и синичка невзначай может в ротик залететь! Так ведь и задохнуться можно!

- Простите, я, конечно, может быть, наверное, вот так!!

- Ничего, бывает, - хмыкнула Ирина, - только запомните, что рот открывают в трех случаях: когда едят, когда поют, и когда показывают гланды ухо-горло-носу! - она повернулась лицом к Оксане и знаком показала, что можно двигаться дальше.

- Постойте, - молодой человек попытался остановить девушек, - а не могу я поинтересоваться, кто вы и куда идёте?

- Ого! - воскликнула Ирина, - у человека мысль потекла, правда, настолько оригинальная, что мне тут же стало скучно!

Молодой человек стал оправдываться:

- Я понимаю! Вашу иронию я, конечно же, понимаю. На улице... сразу... вот так, но... я же не виноват, что встретил вас именно здесь! Тем не менее это произошло, я захотел познакомиться и ...

Ирина перебила его речь:

- Ох, господи! Да зачем вам знакомиться-то, зачем? Правду говорят умные люди, что возраст от глупости не защита. Староваты вы для нас, дядечка дорогой, - Ирина дернула Оксану за руку, - пошли, подруга.

По дороге к кинотеатру некоторое время девушки шли молча. Молчание прервала Оксана:

- Зачем ты его так? Он тебе на мозоль не наступал, - Оксане почему-то захотелось нагрубить Ирине, сделать что-нибудь ей наперекор,- и почему он староват? Ему лет 25, не больше.

- Обыкновенный серенький баболюб - огрызнулась Ирина, - или ты в нем красавца разглядела? Мало ли кто к нам будет здесь в знакомцы набиваться!! Всех их принимать с распростертыми объятьями, что ли?!? Отвлекаться от главного дела, значит загубить это самое дело! А ты, милочка, не имей привычки кушать сладости перед обедом. Обед у нас впереди, на Мосфильме. Нам подадут там меню, где будут и борода, и усы, и плешь зеркальная! Наешься до отвала.

Перебрасываясь фразами, подруги вышли на улицу Удальцова и увидели толпу подростков. Об агрессивности толпы вещал их слоган. Когда эта толпа поравнялась с девушками, те замерли в ожидании чего-то нехорошего, но парни вдруг умолкли. Казалось, что опасность миновала, потому что все подростки, молча, прошли мимо подруг. Но вдруг, один из отставших от толпы подростков, не говоря ни слова, ухватил рукой юбку Оксаны и с силой рванул на себя. Юбка скрипучим голосом пропела о своей кончине. Подросток, уходя все дальше и дальше, еще раз рванул по шву оставшуюся у него в руках юбку, и выбросил ее в кусты. Никто не издал ни единого звука, все пошли дальше, как ни в чем не бывало. Оксана делала какие-то суетливые движения руками, стараясь прикрыться, Ирина - ни звука. Вдруг Оксану, словно что-то подбросило. Она тигрицей бросилась вслед своему обидчику. Догнав его, Оксана вцепилась ему в спину:

- Подонок, мразь, - налицо была истерика, - гад вонючий!

Оксана изо всех сил дергала парня за куртку. Куртка оказалась крепкой и не рвалась. Вдруг один из подростков схватил Оксану за нос, и сильно сдавив его, оторвал девушку от любителя пошутить:

- Ты чего ерепенишься?! Это что за мода на людей бросаться?! Нельзя по улице спокойно пройти, среди бела дня, без спросу, на шею вешаются; во жизнь пошла! - он с силой толкнул Оксану на асфальт, она упала навзничь.

Все пошли дальше, а униженная, вываленная в пыли Оксана, скорчилась на тротуаре. Она закрыла лицо руками и заплакала. Опомнившись, Ирина бросилась к подруге, и, прикрывая ее разорванной юбкой, которую она вытащила из кустов, стала поднимать на ноги.

Между тем стая жаждала новой жертвы, и она не заставила себя долго ждать. На пути современных джентльменов оказался молодой человек в шляпе. Уже подыскивался способ плюнуть ему в душу, уже распределялись роли, уже с вожделением предвкушалось зрелище очередного спектакля, как вдруг раздался неожиданно громкий и властный голос уже знакомого нам мужчины:

- Стоять!

Растерявшись, подростки остановились, но потом, чувствуя, что им ничего не грозит, видя перед собой всего-навсего одного человека, начали потихоньку окружать его.

Молодой человек стоял, широко расставив ноги. Руки у него были засунуты в карманы. Не меняя позы, он проговорил:

- Я же сказал: стоять!!

Парень лет восемнадцати, видимо, это был вожак, мотнув головой, выдал текст:

- Хоть ты и при усах, дядя, а поступаешь очень нехорошо! Мы сейчас хотели идти домой к мамам, а ты вдруг ни с того ни с сего остановил нас и заставляешь любоваться твоей шляпой. Но я думаю, что шляпа твоя - туфта; она сшита из соломы, которая сгнила лет пять назад. Ты, конечно, можешь сказать, что купил ее недавно в Техасе, но я не поверю. Подросток лет четырнадцати решил включиться в игру:

- Я не согласен! Шляпа у него клёвая, сразу видно, что дорогая, баксов на 500 потянет, но дело то не в шляпе, пацаны! Давайте займем-ка у него денег и купим ему новые штаны. Мне кажется, что в этих, - подросток указал пальцем на брюки мужчины, - ходить теперь уже невозможно. От них же разит. Не успел с нами познакомиться, а уже со страху накакал в штанишки, вот люди пошли!! И чего это они всего пугаются!

Подросток поднял с асфальта какую-то грязную бумажку и протянул ее незнакомцу:

- На! Вытри попку, а то...

Подросток не договорил. Рука, в которой он держал грязную бумажку, вдруг у него как-то неестественно согнулась, а потом стала чертить в воздухе какие-то невидимые зигзагообразные линии. Рот у него раскрылся, язык вывалился наружу. Подросток опустился на асфальт, и тело его забилось в судороге.

- Ты что с ним сделал, сволочь, - заорал вожак, и нанес резкий удар в лицо мужчины. Казалось, что увернуться от такого неожиданного удара было невозможно, но человек в шляпе отвел голову в сторону, и кулак вожака просвистел мимо. Почти одновременно еще три подростка попытались нанести мужчине удары ногами в пах, но тот только несколько раз качнулся из стороны в сторону, и эти удары достались пустоте. Вожак рассвирепел:

- Кончай его, - заорал он и бросился в бой. Многие последовали его примеру. Те подростки, которые не включились в избиение “шляпы”, стали свидетелями необычного зрелища: молодой человек не защищался, не наносил удары. Он просто стоял, прекратив первоначальное раскачивание, при этом кулаки подростков вместе с их руками проходили сквозь тело незнакомца, как будто это было не тело, а пустота. Наконец, до подростков дошло, что их затея может обернуться сейчас для всех большими неприятностями. Видя бессмысленность своих действий, они испугались и прекратили нападение. Они тяжело дышали и таращились друг на друга. Молодой человек подошел к вожаку:

- Совсем недавно ты обидел девушку, - он крепко схватил его за нос, - надо бы извиниться. Молодой человек окинул взглядом притихшую толпу и сказал:

- Вы пойдете за мной, и каждый из вас, слышите, каждый извинится перед девушкой», - он потянул вожака за нос и тот, кряхтя, поплелся к своей недавней жертве.

Оксана все еще плакала, Ирина, как только могла, успокаивала ее.

- Извините, - раздался вдруг негромкий голос, - я хочу сказать, что э-э- э! Ну, это самое! как его! Ну, извините, в общем!

Оксана и Ирина, обернувшись, увидели того, кто это произнёс. Перед девушками стоял тот, кто хватал Оксану за нос; это именно он сейчас извинялся, переминаясь с ноги на ногу. Через несколько секунд после того, как этот малолетний прохвост отошел в сторону, все те смельчаки, которые только что издевались над одной из них, покорно приносили ей свои извинения. Девушкам добавило изумления то, что в сторонке они увидели недавнего знакомого в шляпе.

Закончив извиняться, подростки сбились в кучу. Молодой человек знаком приказал вожаку подойти к нему, и когда тот подошел, тихо ему сказал:

- Ты у них самый крутой, да? Я тоже крутоват, так что будем делать? Молчишь?! Не знаешь, что сказать? Я тебе помогу, потому что ничего не могу с собой поделать, ничего! Мне придется сейчас перешагнуть через свои убеждения. Это, конечно плохо, ты же ещё маленький, не совершеннолетненький! Но я никогда не буду сожалеть об этом, - он схватил вожака за шиворот, резко развернул его и сильно ударил ногой под зад, – убирайся!

Неожиданно молодой человек потерял всё свое хладнокровие. Он преобразился. Сделав несколько шагов по направлению к подросткам, он закричал:

- Убирайтесь, убирайтесь скорее вон! Я не могу вас больше видеть! Не-мо-гу!! Я сейчас совершу непоправимое! Убирайтесь, а то я уничтожу вас, мразь!

Секунда - и все исчезли. Парень, который бился в конвульсиях, давно пришел в себя и покинул место действия задолго до приказа всем убраться. Молодой человек вышел на дорогу, остановил жестом машину, что-то сказал водителю, а потом подошел к девушкам:

- Я думаю, вам лучше побыть дома. Машина довезет вас, - он кивнул в сторону машины, развернулся и зашагал прочь.

Девушки, добравшись до квартиры, провели в ней весь день и вечер, почти не разговаривая, и очень рано легли спать. Сны снятся не только героине великого произведения А.С.Пушкина, они приходят и к современным девушкам. Ирина спала без сновидений, а вот Оксане сон приснился необыкновенный:

Она сидит на берегу пруда и кого-то ждет. Время идёт – его нет. Ей не терпится дождаться этого человека, хотя она совсем не знает его; ей и тоскливо, и радостно, и тревожно, и волнительно! Всё очень реально, всё, как наяву! Оксана видит, что к ней кто-то приближается. Кто же это? А сердце щемит, щемит, щемит!

К ней подходит молодой человек, которого она тут же узнает. Да-да! Это именно он, он, он! Но теперь на голове таинственного незнакомца шляпы нет; Молодой человек берет её за руку и куда-то ведет. Вот какая-то поляна, с растущими на ней небольшими деревцами. Молодой человек снимает с себя пиджак и бросает его под одно из таких деревьев. Они садятся на это импровизированное ложе. Ей хорошо! Она смотрит в его глаза, и взгляд его проникает в самое сердце. Она знает, что её тело принадлежит ему; она сбрасывает с себя одежду, и, прогибая свой гибкий стан, медленно протягивает к нему руки. Незнакомец делает какие-то манипуляции руками, и вот уже в них колышется шелковая вуаль. Он набрасывает ткань на ее голое тело; до нее доносятся его слова так, как будто он не рядом с ней, а где-то очень далеко:

- Сколько стоит твоё счастье, девушка, знаешь ли ты? Подумай,

загляни в себя. Тебе ведь только кажется, что твоя внешность поможет приготовить для тебя царское ложе. Ложе царей стоит дорого, и тебе надо будет платить за него. Тело продается, тело покупается, но при этом всегда затрагивает честь его хозяина. Этот хозяин - дух тела. Он не любит, чтобы его продавали и покупали, как кусок говядины. Дух нежен и раним. Нет покоя тому, кто не раздумывая, бросает его в омут житейской грязи.

Голос проникает в её нутро, он завораживает её. Оксана закутывается в вуаль с ног до головы, но вуаль прозрачна, и к великому ее ужасу, ей некуда спрятать свою наготу! Ветер, прилетевший неизвестно откуда, усиливается, все яростнее становятся его порывы. Незнакомец начинает терять свои очертания. Он становится все прозрачнее, прозрачнее и, наконец, исчезает совсем. Ветер дует с такой силой, что Оксана уже не в силах удержать вуаль, в которую постоянно пытается закутаться. Вуаль как живая, вдруг вырывается из ее рук и огромной птицей исчезает в поднебесье. Начинается дождь. Она хочет бежать; бежать куда угодно, лишь бы не оставаться здесь, под этим деревцем. Голое тело мучает ее, она ищет свою одежду, но не может её найти. Она хватает пиджак, на котором только что сидела и хочет как-то прикрыться. Тщетно! Ветер рвет его из ее рук. Начинается состязание с ветром в силе, и вот уже вместе с пиджаком Оксана поднимается над землей. Силы оставляют ее, и она, разжав пальцы, падает вниз. Дождь продолжает поливать ее. Она скорчивается, но от ледяных струй нет спасения. Дождь хлещет, хлещет, хлещет её голое тело. Оксана беспомощна и беззащитна. Деревце шумит своей кроной. Оно смеется над ней. Что теперь стоит ее прекрасное тело, кому нужны его дивные формы? Оно - мишень! Оно открыто, но не для любви - для страданий!

Нельзя сказать, что Оксана утром проснулась; было бы точнее констатировать, что она очнулась, отторглась от чего-то такого, что было жалко терять, и в тоже время не жалко, потому что этого ей совсем не нужно, ведь было так страшно, так страшно!!!

- Ирка, - закричала Оксана, - Ирка!

В комнату ввалилась заспанная Ирина:

- Чего кричишь? Тебя же еще никто не обнимает!

- Все! Гастроли закончились. Надо ехать домой, - четко произнесла Оксана, - если ты не поедешь, я поеду одна.

- Ого! - Ирина поставила стул рядом с постелью Оксаны и развалилась на нем, - значит, девочка захотела домой! Что так? Али наше мероприятие уже подошло к концу, али богатый муженек уже дрыгает ножками в предвкушении брачной ночи?

- Хватит хохмить, Ирка, - Оксана села на кровать и подобрала ноги под одеяло, - ты не помнишь, что вчера с нами произошло? Это же ужасно, противно, гнусно! Как ты можешь после этого здесь оставаться?!

Ирина очень спокойно заговорила:

- Вот что, истерику заканчивай! То, что вчера с нами произошло, могло произойти где угодно. Или ты думаешь, что в других местах по улицам шляются сплошь одни ангелы? Вернешься ты домой и что? Где гарантии, что какой-нибудь сопливый джентльмен не преподнесет тебе еще более дорогостоящий подарок? Нет гарантий, миленькая моя, нет! Так что будем доводить дело до конца, чтобы не произошло! На то они и препятствия, чтобы их преодолевать. Все! Пока можешь немного помолчать, потому что никакие возражения моя контора не рассматривает!! Сейчас пойдем купаться на пруд.

Вскоре девушки уже валялись на берегу пруда, подставляя под солнечные лучи свои бока.

- Нельзя ли занять место рядом с вами? - раздался вдруг голос над их головами. Девушки открыли глаза: рядом стоял их недавний защитник. Ирина среагировала моментально:

- Присаживайтесь, огромное спасибо за вчерашнюю помощь!

- И вообще, вы - герой! - вставила Оксана.

Молодой человек сев рядом с девушками, продолжил разговор:

- Меня зовут Николай, ко мне вы можете обращаться на «ты» - и, адресуя свои слова Ирине, продолжил, - ваша лекция об открывании и закрывании рта была очень профессиональной, но, к сожалению, она меня ничему не научила. Я, глядя на вашу подругу, готов открыть рот и не закрывать его вообще.

- Да-а-а?!? О-о-о! Что ты говоришь! А еще шляпу надел! Да разве прилично при девушке, которая тоже, кстати, совсем не дурнушка, восхищаться другой девушкой? Ирина вскочила с одеяла, постеленного на траве, и встала во весь рост: “Посмотрите, это что, не ноги? - она похлопала по своим ногам ладонью, - это, что, не слоновая кость, хочу я вас спросить?!? При походке, какой я обладаю, эти бедра становятся предметом искушения, - Ирина двинулась по пляжу, виляя бедрами, - впрочем, все мои достоинства налицо, и только глупый Коленька почему-то открывает рот только в одну сторону!! Ладно! Оправдываться не надо. Суд признал тебя, Николай, виновным и приговорил к раскаянию. Я - Ирина, она - Оксана, хрустальная ваза, доставленная из Италии, кстати, она же - по совместительству Венера Милосская. Считаю, что наше знакомство состоялось, надо его отметить.

- Вон там палатка есть, - Оксана показала пальцем в сторону многоэтажного дома, - там квас продают. Пойдемте, попьем кваску, а то что-то жарко сегодня, пить хочется. Предложение Оксаны было принято без колебаний. Народу за квасом было очень много. Пришлось занять очередь.

- Куда ты прешь, дебил? - закричала какая-то дама средних лет.

Перед этой женщиной вдруг выросла другая дама необъятных размеров. Речь ее оказалась весьма благозвучной:

- Ты что же это, овца, мужа моего дебилом называешь, рожа ты накрашенная?!!? Ты что же, поганка, свой шепелявый язык распускаешь?!!?

Первая дама, видимо, была честной женщиной, поэтому долг вернула без задержки:

- Ты откуда взялась? Тебя что, звали? Чего ты на меня свои цурлы таращишь? Я тебе не видео клип! Отрастила, вон, пузо-то, так и сиди дома, нечего его по пляжам таскать!

Оппонентка превратилась в рыбу, которую только что вытащили из воды на берег, но её муж подхватил словесную инициативу: «А-а! Хамка! Да я тебе сейчас башку откручу!

Николай, став свидетелем этой сцены, вдруг побледнел и попятился, адресуя девушкам извинительные, но во многом непонятные по смыслу слова:

- Извините, извините меня, пожалуйста, но мне надо уйти! Срочно надо уйти, меня провоцируют на убийство, я не могу здесь оставаться, не могу!!

Он развернулся и почти бегом направился к пруду. Метрах в двадцати от берега водоёма стоял чей- то джип. Николай подскочил к нему и, несмотря на то, что машина стояла на тормозах, а значит колёса у неё, естественно, не могли крутиться, он с лёгкостью, словно санки зимой, протащил джип по траве и запихнул в пруд. Совершив это непонятное действо, Николай двинулся дальше, но путь ему преградил следователь Кутасов

- Я видел, что ты сейчас сделал! За это придётся ответить!

- Отойди, следователь, - тихо проговорил Николай, - я прошу, я умоляю тебя, отойди!

- Нет, господин икс, теперь уж я не отойду! Жалею, что не задержал тебя на стадионе в прошлый раз

Лицо Николая исказилось, пот стал застилать ему лицо, глаза налились кровью. Он тяжело задышал и, схватив за грудки Кутасова, с необыкновенной лёгкостью оторвал его от земли. Держа следователя на вытянутых руках, Николай зловещим шёпотом бросил ему в лицо страшные слова:

- Я могу убить тебя, я могу разорвать тебя пополам или просто разодрать на части, как тряпку! Как тебе ещё объяснить, что ты должен отстать от меня? Ну, почему же ты такой безмозглый?

Николай опустил следователя на землю, но тот сразу же кинулся на него. Увернувшись от рук Кутасова, Николай бросился бежать – Кутасов за ним. Погоня была не долгой. Когда мужчины добежали до поляны, заросшей кустарником и небольшими деревцами, продрались сквозь кусты, и следователю стало казаться, что он вот-вот схватит беглеца, случилось непредвиденное: у Кутасова стали неметь руки и ноги. Перестав их чувствовать, он остановился. Ужас охватил следователя, и волосы зашевелились на его голове. Ему показалось, что солнце стало уменьшаться в размерах, небо потемнело, повеяло холодом, и через мгновение вместо солнца на него глянул месяц. Действие, которое развернулось в ту же минуту перед ним, было невероятным. Незнакомый Кутасову гражданин, совсем недавно непостижимым образом столкнувший в пруд джип, теперь вырвал с корнем небольшое деревце и бросил его в кусты. Затем он упал на землю и с глухим стоном впился в неё пальцами. Клочьями полетела во все стороны трава, а на земле появились глубокие борозды, которые могли проложить, к примеру, острые металлические грабли, но только не человеческие пальцы. Да и не пальцы уже были у незнакомца - длинные когти заменили их! Месяц, вдруг сорвавшись с неба, стремглав полетел к земле. Всё вокруг осветилось необыкновенно, и Кутасову показалось, что на него падает огромный, светящийся серп. Всем своим существом следователь почувствовал, что этот серп летит к нему, чтобы с лёту обезглавить его, резанув по вжавшейся в плечи, беззащитной шее. Жизнь больше не принадлежала ему, ночной гость – месяц почему-то захотел избавить его от этой дорогой вещи. Страх сжал сердце следователя холодными клещами, но вдруг солнце, невесть как снова появившееся на небе, развеяло в мгновение мглу и всё стало, как и прежде. Незнакомец затих, прекратив всякое движение. Прошло несколько секунд, и Кутасов с великим изумле��ием увидел, что тот, как ни в чём не бывало, поднялся с земли, неторопливо стряхнул грязь с одежды и направился прямо к нему. Подойдя совсем близко, он проговорил:

- Ты уж, следователь, извини, я сейчас очень тороплюсь. Не могу уделить тебе должного внимания, дамы ждут

Незнакомец удалился, а Кутасов, совершенно обескураженный от всего увиденного, остался на месте, не в силах пошевелиться. Впрочем, на этот раз оцепенение длилось не очень долго. Вскоре руки и ноги следователя обрели прежнюю силу, и он в глубокой задумчивости покинул своё очередное заколдованное место.

Ирина и Оксана шли к пруду, обсуждая непонятное поведение их нового знакомого. Вдруг девушек привлёк дым, который вырывался из окна одной из квартир, находившейся на 12-ом этаже высотного дома. На балконе этой квартиры находился мальчик лет пяти. Он метался по балкону и что-то кричал. Спасения не было, потому что выход в коридор для мальчика, по-видимому, был закрыт Люди, находившиеся в это время на пруду и наблюдавшие за этим событием, поняли, что им предстоит увидеть ужасное зрелище. Многие женщины начали плакать. Было до жути ясно, что пожарные, которых уже вызвали, не успеют приехать и потушить пожар до того, как произойдёт трагедия. Вдруг многие увидели, как какой-то человек стремительно сорвался с места и со скоростью спринтера бросился к горящему дому. Внезапно он резко остановился и вытянул руки вперёд, направив их на балкон, где находился мальчик. Человек неожиданно лёг на землю, но через несколько секунд, встал и спокойным шагом пошёл. Казалось, что человек поднимается по невидимой лестнице. Оксана и Ирина не верили своим глазам: они видели чудо в исполнении сбежавшего от них Николая. Николай, а это был именно наш знакомый, дошагал до балкона, взял на руки мальчика, который, видимо, был уже без сознания, и двинулся в обратный путь. Дойдя до того места, откуда он начал своё восхождение, Николай положил мальчика на землю и быстро оделся. Зеваки окружили его, все наперебой спрашивали, как он умудрился ходить по воздуху, но Николай, не обращая ни на кого внимания, опустился на колени перед мальчиком. Тот вдруг открыл глаза и недоумённо стал озираться по сторонам, видимо, не понимая, где он находится. Вдруг, пробравшись сквозь толпу, к мальчику бросилась женщина лет двадцати пяти. Она стала обнимать его, целовать, делая неловкие движения. Было ясно, что это – мать мальчика. Где она была раньше, и почему оставила ребёнка одного в квартире, спросить никто не решился.

Николай подошёл к знакомым девушкам и тихо произнёс: -

- Если вы согласитесь ещё раз встретиться со мной, то я прошу это сделать, а сейчас я должен уйти.

- А вы приходите к нам в гости, - прорвало Ирину.

Ирина вынула из своей сумочки листок и авторучку. Записав адрес, по которому она с Оксаной проживала, и номер телефона, Ирина протянула листок Николаю:

- Звоните нам в любое время, мы будем ждать.

Николай взял листок, повернулся и быстро покинул место событий. Подойдя к своему дому, он увидел, что на седьмом этаже дома горят несколько квартир. Во дворе было много пожарных и зевак. Николай вошёл во двор, и стал, почти не моргая, смотреть на огонь, в глазах появились слёзы. Николай подошёл к растущему неподалёку дереву и прислонился к нему плечом. Через минуту к нему подошла незнакомая бабушка.

- Сынок, тебе плохо?

- Скажи, мать, что же там произошло, может, слышала что?- тихо спросил Николай.

- Подробностей я не знаю, но одного мальчика прибрал Господь, - бабушка всхлипнула и вынула из своего кармана платочек.

- Невероятно, невероятно! – прошептал Николай.

- Уж, не твои ли родичи там горят, спаси Господи? – спросила бабушка, вытирая глаза платком.

- Нет у меня, мать, никого, и квартиры, думаю, теперь тоже нет, - ответил Николай. Немного помолчав, он хотел было уйти, но бабушка запричитала.

- Свят, свят! Что же это делается-то! Вот что! Пойдём-ка ко мне, сыночек. Первое время поживёшь у меня, а там что-нибудь и придумается.

- За что же такая милость, мать?

- Это не я, Это Бог милостив, он и велит помогать людям. Пойдём, родимый, пойдём.

У себя в квартире бабушка напоила Николая чаем, ни о чём его не расспрашивая. Николай начал разговор первым:

- Вот вы, мать, прожили долгую жизнь. Вижу, набожная вы очень. Могу ли я попросить у вас совета, если ситуация моя, при которой и нужен совет, покажется невероятной?

- Сыночек, - заговорила бабушка, - совет – это очень непростое дело, потому что он может, и вред человеку принести. Вроде бы, дал совет, да и дело с концом, а вот и нет! За свои слова отвечать надо. Иной раз легче свою пенсию отдать, чем со своим советом соваться.

Николай, как мог, стал бабушку успокаивать:

- Не волнуйтесь вы так. Я же сам напрашиваюсь.

- Спрашивай, сыночек, спрашивай!

Николай тяжело вздохнул и прежде, чем обратиться к своему совету, стал рассказывать:

- Однажды, когда я спал, неведомый Голос, пришедший ко мне во сне, поведал, что мне дан Великий Дар, которым не обладают люди. Затем Голос приказал мне ночью идти на кладбище с тем, чтобы я сделал необычный выбор. Я должен был вырезать светлую или белую кору с разветвлённого дерева и бросить ту, которую я выбрал, на двенадцатую могилу от входа на кладбище. Возможно, этим я выбрал бы себе путь добра!

Бабушка неожиданно вступила в разговор:

- Но ты ведь не знал, сынок, Бог тебе дал великий дар или Дьявол. Если тебя искушал Дьявол, то ты мог выбрать ложный путь, бросив на могилку кору не того цвета, который был необходим. Скажи было ли что-нибудь необычное, когда ты пришёл на кладбище?

Николай заторопил слова:

- Было, еще, как было! На каждой, представляете, на каждой могиле цвёл папоротник. У нас же вообще его нет в лесу, а тут – цвёл. Я вспомнил, что папоротник цветёт всегда на месте зарытого клада и меня потянула великая сила откопать его. Всё моё нутро сопротивлялось этому, но руки тянулись независимо от меня к могиле. На кладбище сделалось необычайно холодно, стали доноситься неизвестно откуда-то какие-то голоса и, даже сейчас в ушах у меня слышится громкое карканье кладбищенских ворон. Огромным усилием воли я заставил себя отказаться от кладоискательства. Мне стало легко, очень легко, но и срезать кору с дерева я не стал. Я покинул это место, не выполнив приказа неведомого Голоса. Правильно ли я поступил, мать?

- Ты получил Дар?- спросила бабушка?

- Да!

- Пользовался им?

- Да!

- Ты поступил неправильно, ослушавшись Голоса? Если ты решил не выполнять приказы неизвестно кого, то и пользоваться какими бы то ни было от него дарами, не имел права! Ты обязан был сделать выбор!

- Как же мне жить дальше?- еле слышно спросил Николай?

- Верь в Господа!!!

Московский школьник - пятиклассник Коля Яновский очень любил мечтать. Главной его мечтой было поскорее вырасти. Он часто представлял себе, что вот однажды он проснётся, а все-все экзамены позади, а, значит, и школа позади, и исторический факультет МГУ уже позади. Впереди только успехи в его нужной обществу деятельности историка. Эта деятельность представлялась ему весьма туманно. При всей любви к истории надо было бы любить и физику, так как только физик – изобретатель способен изобрести машину времени, о которой Коля, тоже мечтал. Она была необходима, так как только на ней можно вдоволь накататься по улицам и закоулкам государств прошлых веков. Но физику Коля почему-то не любил. Ещё у Коли была мечта, чтобы его полюбила самая – самая красивая девочка на свете. Впрочем, он представлял себе, что может обойтись и без мировой красоты, потому что ему очень нравилась девочка из его же класса. Коля решил заслужить любовь своей избранницы подвигом. Дождавшись подходящего случая, когда можно будет этот подвиг сотворить, он смело взялся за дело.

Коля с веревкой и крюком в руках залез на крышу десятиэтажного дома. На крыше он закрепил крюк, и, привязав к нему веревку, сбросил её вниз. Ухватившись за веревку, Коля спустился до уровня седьмого этажа и оказался на балконе. Открыв дверь на балконе, Коля, шагнул в комнату.

Спиной к нему стояла девочка его мечты. Вдруг она повернулась к Коле, и от страха из горла её вырвалось нечто петушиное. Коля лучезарно заулыбался, держа в правой руке букет ромашек:

- Машенька, я тебе ничего плохого не сделаю. Я присяду вот здесь в уголке и даже близко к тебе не подойду. А букет этот - тебе!

Маша не сразу смогла прийти в себя от страха:

- Ты кто? Ой! Колька, это ты? Не понимаю, зачем ты здесь? Откуда ты?

- А ты выйди на балкон и посмотри налево, - тихо проговорил Колька.

Маша вышла на балкон, и назад вернулась в великом недоумении:

- Там веревка висит, больше ничего.

- А тебе этого мало? – пробурчал Колька, я ведь по ней и спустился.

- Но зачем? Я совсем ничего не понимаю. Если ты к маме, дверей что ли нет?

- Машенька,- стал объяснять Колька, - эта веревка очень ненадежная, и крюк, за который она прицеплена, тоже ненадежный. Я; конечно, старался закрепить его, как следует, но, ты же знаешь, всякое бывает! Веревочка-то могла оборваться, и я в этом случае размышлял бы о своей жизни целых семь этажей полета.

- А я здесь при чём?

- Теперь подумай, - Колька напряжённо стал подбирать слова, - если я ради тебя смог совершить опасное путешествие с крыши дома, не доказательство ли это, что я для тебя готов сделать, что угодно?

- Ты спускался с крыши ради меня? А я тебя что, просила об этом?

- А ты не можешь себе представить, что совсем недавно была такая минута, когда я понял, что если сейчас же не увижу тебя, то умру?

- В твоём исполнении не могу представить! Правда, такой букет ромашек мне даже мой сосед по парте, Сашка, никогда не дарил! Впрочем, он вообще никакого букета мне не дарил! Постойте-ка! Постойте-ка! Так это что же, ты, таким образом, в любви мне объясняешься, что ли?

- Именно это я и делаю.

- Фуй! Я просто не могу! Ну, а дальше, дальше-то что? Еще будешь меня смешить или закончил уже?

- Смешить?! Почему смешить? Я очень серьезно! Послушай, Маша! А мне можно с тобой поговорить?

- А мы чё, не говорим?

- Ты можешь меня послушать, не перебивая?!

- А чё молоть-то будешь?

- Очень умные вещи.

- Чеши, послушаю!

- Вот представь себе, что я хочу с тобой дружить по-серьёзному! Хотеть-то я хочу, но ведь Сашка поперёк моего пути стоит. Что же мне делать? Выход один: убедить тебя посмотреть на меня другими глазами.

- Чё-чё-чё?- Маша удивлённо вскинула брови.

- Недавно встал я перед зеркалом и сказал ему: “Коля. подойди к Маше и открой ей глаза, пусть она увидит, что Коля совсем даже не хуже кое-кого, а может, даже лучше!”. Я читал где-то, что, когда смотришь на какую-нибудь красивую девочку, сердце начинает стучать. Вот сейчас моё сердце застучало, поэтому я и предлагаю посмотреть на меня глазами так, как будто ты смотришь на Сашку. - Сейчас застучало?! - Маша насупилась, поджав губы. - А до этого чё оно делало? Какими-то глазами должна смотреть! Убей, не врубаюсь! Моя голова – не склад для всякой ерунды.

- Не очень ерунда! Вот ты, к примеру, любишь дискотеку. Я буду твоей дискотекой и вообще, всем, чем ты только захочешь!

Маша долго смотрела на запыхавшегося Колю. И затем изрекла:

- Ты дурак?

- Нет! – Коля на этот раз был очень краток

- Э-э-э! Я думаю, ты здесь и учудить чего-нибудь сможешь! Где это видано, чтобы пятиклассники по веревкам за любовью лазали!! Кто знает, что тебе еще в голову взбредет!!! Подозрительно всё очень. По веревкам так просто не лазают.

Колька просто задохнулся от непонятливости Машеньки:

- Что тебе далась эта веревка?! Я же не повесился на ней. И потом: я не просто лез, а очень даже сложно. Хорошо, что живой остался.

- Ну и что, что живой?! От вас живых только и жди чего-нибудь эдакого!

- Так мне что же, помереть что ли надо?- удивился Колька, - хотя, если прикажешь, помру.

- Это ты уж брось! Я ничего этого не позволю. Иди куда угодно и там помирай, сколько влезет. Здесь нечего мне всякое такое устраивать!

- Твой Сашка тебе даже одного цветочка не может подарить, а я к твоим ногам готов положить, ну, вот даже не знаю и чего!

- Мои ноги не нуждаются во всяких глупостях!- фыркнула Маша.

- В чём бы они ни нуждались, я к твоим услугам, Машенька!

- Получается, что ты на полной серьезности объясняешься мне в любви, да?

- Да, так, - твёрдо сказал Колька, - точно так! И как ты догадалась!!?

- И надеялся на взаимность?!

- Еще бы! Со временем, конечно...

- Фух! Так это же я просто умираю!

- Это лишь начало! Ты только прикажи - дальше у меня одни подвиги пойдут!

- Коленька, миленький!! Да ты же сбрендил по всей голове!!

- Машенька, сбрендить от тебя - это удовольствие и больше ничего!

Неожиданно Маша взяла Колю за руку и подвела к зеркалу:

- От этого отражения я просто торчу!

- Я тоже, - согласился Колька.

- На этом, можно свидание завершить! – чеканя каждое слово, сказала Маша.

- Ага! Понял, - Колька ни за что не желал терпеть поражение,- а знаешь, кого сейчас отразило твоё зеркало?

- Знаю, и я в шоке!

- Зеркало отразило самого счастливого школьника в мире! – выдохнул Колька,- а как же! Ведь меня могла бы полюбить, к примеру, какая-нибудь безмозглая козюлька! Ну, как, например, хозяйка этой уютной комнаты. К моей радости этого не случилось.

- Да что ты, в самом деле! – закипятилась Маша, - тебе надо бы голову лечить, а не девушкам хамить! Гулял бы ты уж! Вон дверь-то!

Колька не торопясь, подошёл к двери, помолчал и неожиданно выдал фразу:

- Операция под кодовым названием «любовь - морковь» успешно провалилась! Будь здорова, Машенька! Привет твоему Сашке. Посоветуй ему заняться выращиванием ромашек.

Колька потерпел поражение, но сдаваться не собирался. Однажды, когда Колька со своим другом Вовкой проходил мимо монастыря, он увидел свою избранницу, которая сидела на лавочке вместе со школьной подругой. Они о чем-то оживленно беседовали. И тогда он принял решение.

– Вовка, – сказал Коля, показывая на церковь, что стояла на другой стороне улицы, – спорим, что я пройду по карнизу вокруг этой церкви, мне это – пара пустяков!

– Ты что, сдурел, – прошептал тот, – жить надоело?

- Не твоя забота, так спорим или нет?

– Нет! – категорически заявил Вовка, – и тебе не советую.

–Ну, так без спора докажу тебе, что я не такой трус, как ты!

–Не надо, не надо ничего доказывать, – Вовка не на шутку испугался.

Коля, молча, направился к церкви.

– Стой, – закричал Вовка, – да ты и вправду сдурел!

Коля его не слушал, мыслями он уже был там, на карнизе. Решение было принято, и он ринулся совершать подвиг. Добравшись до смотровой площадки, он посмотрел вниз и …обомлел! Девочка Маша, а это была именно она, видимо, не имела ни малейшего желания следить за его героическими деяниями. Она продолжала упорно доказывать что-то своей собеседнице. Голова у дамы Колиного сердца крутилась вправо, влево, чуть ли не назад, но только не туда, куда надо. Только сейчас он понял, как опрометчиво поступил: надо было еще внизу как-нибудь привлечь её внимание. Теперь же его рискованная затея могла оказаться не только опасной, но, что самое главное, не нужной. Смотреть вверх красавица явно не желала.

–Э-ге-гей! – закричал он во всю глотку,- Вовка, что, не хотел спорить, испугался? А это все потому, что ты жалкий трусишка.

Вовка молчал, а девочка по-прежнему была занята разговором с подружкой. Складывалась трагическая ситуация. Коля теперь со всей отчетливостью понял, что совершить подвиг на глазах у изумленной красотки – это совсем не то, когда приходится рисковать в гордом одиночестве. Для Вовки он мог, во всяком случае, придумать что-нибудь менее рискованное.

И тут Коля увидел, что Маша его заметила. Она махнула ему рукой и что-то закричала. Гордость за самого себя переполнила Колино сердце, и он шагнул на карниз. Шаг, два, три! Еще шаг, … еще! Стараясь не думать о той бездне, которая разверзлась подо мной, он буквально вжался в стену, слившись с ней воедино. Еще шаг, еще! Стало страшно. Промелькнула мысль: «Зачем я все это делаю? Вон Света Куприянова из 6-го класса запросто позволяет Сережке Ершову свой портфель до дому доносить, а что он для этого сделал? – Ничего! Во всяком случае, он по карнизам не ходил.

Ещё шаг, ещё, ещё! Сердце стучало так, что казалось, оно отпихивает своими ударами Колю от стены, к которой он прижимался из последних сил. Ему теперь было безразлично, смотрит на него Маша или нет. Только бы дойти, только бы дойти! Он продвинул на несколько сантиметров левую ногу вперед, с тем чтобы, опершись на нее, подтянуть правую, и вдруг с ужасом почувствовал, что в этом месте карниз уходит из-под ноги. Не может быть, – подумал он, – неужели дальше пути нет! Пальцы его впились в стену, и он еще плотнее прильнув всем телом к холодным камням этой многовековой церкви, заплакал! Пот стал застилать глаза, но он, уткнулся носом в стену, и изо всех сил сдерживая душившие его слезы, пошел назад. Шаг, два, три. Еще шаг, … еще! Только бы дойти, только бы дойти! Церковь дышала на Колю могучим дыханием прошедших трех столетий, а он, в самом прямом смысле всем своим существом, слившись с этой исторической достопримечательностью, все шел и шел! Еще шаг, … еще! Когда он добрался до площадки, радости его в ту минуту не было предела. Всё, всё обошлось хорошо, все нормально! Коля ликовал! Спустившись вниз, он, как ни в чем не бывало, подошел к Вовке.

– Жаль, что карниз оказался испорченным, – сказал Коля, – а то бы вокруг церкви по нему можно было хоть целый день ходить.

– Да при чём тут карниз? – замахал руками Вовка – я такого страху натерпелся, что и выразить не могу. Ну и смельчак же ты!

– Подумаешь смельчак, – засмущался Коля, – это для меня – пара пустяков. Если бы не испорченный карниз, я, хоть десять раз мог бы обойти по нему вокруг церкви. Он же широкий, на нем спать можно, я, брат, и не такое могу!

–Послушай, – услышал Коля чей-то голос.

Коля обернулся, перед ним стояла прекрасная Машенька:

– Это же памятник архитектуры, исторический памятник, – чеканя каждое слово, продолжала она, – наша историческая достопримечательность, а ты, наверное, там все стенки покарябал. Стыдно! Соображать надо! - Она уничтожающе посмотрела на Колю и направилась к своей подруге.

Коле стало до слез жалко тех невероятно трудных усилий, которые он затратил, чтобы понравиться этой девчонке. Он хотел сказать ей что-нибудь в след и уже собирался назвать её мымрой, как вдруг резко передумал:

. Это такая зануда, - сказал Колька своему другу, что мои подвиги она никогда не оценит, да и никакие слова до неё дойти не могут. Они по пути к ее персоне от тоски прямо на лету засохнут.

Ну, её! Обойдусь!

Сбывались ли когда-нибудь его мечты или нет, мало, кто знал, да и знал ли вообще, но совершенно точно известно, что одна из них сбылась: Коля вырос.

В одном из московских дорогих ресторанов праздновалась свадьба. Она ещё не пела и плясала, как это полагается ей по обыкновению, она ещё только начиналась. Гости прибывали и прибывали. Каждый прибывший говорил приготовленные для такого события слова и. естественно, дарил подарки. Подарки были, в основном, дорогими, говоря современным языком, престижными. Упоминая о подарках, нельзя не сказать о тех, кому они предназначались. Жених на фоне невесты выглядел блёкло, и не было, видимо, ни одного человека, который бы не спрашивал удивлённо самого себя: а что она эдакого нашла в этом Саше? Свадьба была налицо, значит, всё-таки что-то нашла. А вот невеста! На описание её облика хочется остановиться подробнее. Подтянутая, утончённая, обладающая светлыми густыми волосами, обрамляющими её высокий лоб, огромные голубые глаза, весь её вид свидетельствовал о том, что не косметологи поработали над её прекрасным лицом, не балетные учителя выпрямили её стан; это сделала природа. Машенька была просто прекрасна! Если даже предположить, что она не в шикарном белом платье, а, к примеру, в сером невзрачном, тысячу раз надёванном костюме, всё равно трудно было поверить, что хоть кто-то не задержит на ней долгого восхищённого взгляда.

Гости прибывали - прибывали и подарки. Каждый из гостей старался свой подарок представить так, как будто бы это самое эксклюзивное произведение из самого эксклюзивного. Было очень весело и шумно. Аплодисменты звучали беспрерывно. Вдруг среди ресторанного зала появился не гость, а обыкновенный курьер с каким-то необыкновенным подарком. В руках курьер нёс огромную, очень яркую красивую коробку. Подойдя к молодожёнам, курьер поставил коробку возле их ног и удалился. Грянула музыка, гости стали аплодировать, намекая этим, что им очень любопытно увидеть, что же находится в коробке, какая дорогая вещь готовится явить себя обществу.

Невеста с очаровательной улыбкой демонстративно медленно развязала ленту, в которую была завязана коробка, и открыла её своими длинными тонкими пальцами. Жених вытянул шею в сторону коробки, и на лице его отразилось такое недоумение, какое может изобразить ещё раз только очень талантливый актёр. На дне коробки лежала толстая длинная верёвка и три свеженькие, как будто только что сорванные, ромашки.

Так случается, что кто-то гуляет на своей собственной свадьбе, предвкушая дальнейшую счастливую жизнь в браке, а кто-то тихо доживает свои деньки в крохотной квартирке, стараясь экономить деньги даже на еде и лекарствах. Одной из этих «кто-то» была 85-летняя бабушка, одиноко живущая в родной огромной Москве.

Ровно в то же время, когда блёклый Саша плясал на своей свадьбе со своей Машенькой, эта бабушка приготавливала к действию аппарат, чтобы измерить давление. На этот раз делала она всё по инерции, потому что ни для какого измерения не было необходимости. Бабушка чувствовала себя прекрасно! Тем не менее, давление было измерено, и бабушка очень огорчилась. Она была убеждена, что аппарат сломался, потому что его показания были откровенно неправдоподобными: 120 на 80!

- Вот незадача, прошептала бабушка, - хорошо, что чувствую себя нормально, и аппарата не надо; хотя чинить его всё равно придётся.

Не успела бабушка упаковать аппарат и положить его в предназначенное для него место, как

зазвонил телефон. Бабушка подняла трубку и услышала то, что хотела услышать много – много лет назад. Ей сообщили, что вопрос с получением новой квартиры решён, надо теперь просто оформить документы. Дело в том, что, поскольку ещё в тридцатые годы её вместе с родителями незаконно выселили из квартиры, она имела право в настоящее время получить новую.…Много лет она добивалась этого; её ещё пятнадцать лет назад ставили на очередь, но толку от этого было мало. И вот, наконец, в этот день её хлопоты увенчались успехом. Вдруг снова позвонили. Только на этот раз это был звонок в дверь. Бабушка никого не ждала, поэтому звонок её сильно удивил. Тем не менее, она подошла к двери и посмотрела в глазок. За дверью стояла женщина с какими-то бумагами в руках.

- Кто там, спросила бабушка, - и, услышав, что это курьер с почтамта, открыла дверь.

Вошедшая в прихожую женщина, удивила бабушку больше, чем известие о каком-то сообщении с почтамта. Женщина таращила на бабушку глаза, усиленно моргала и в первые секунды своего пребывания в прихожей, не произносила ни слова. Наконец, она задала бабушке вопрос:

- Простите, это вы Пантелеева Лариса Дмитриевна?

- Да, это я, - ответила бабушка.

Женщина тихим голосом попросила паспорт, и, когда бабушка его показала, совершенно обескураженная, объяснила бабушке, что та должна расписаться в получении квитанции на денежный перевод в 300 тысяч рублей. Бабушка расписалась, почти ничего не соображая. Цифра 300 тысяч буквально сразила её. Бабушка, будучи, как во сне, проводила женщину, и присела на стул, разглядывая чудесный денежный перевод.

- Этого не может быть, этого не может быть, бормотала бабушка, - это какая-то ошибка.

Походив по комнате и, передумав множество всяческих дум, бабушка решила сходить на почту и

разобраться во всём на месте. Она вообще в эти минуты ничего не понимала. Несмотря на то, что в голове был сплошной туман от неожиданных необъяснимых известий, тело её было послушным, как никогда. Бабушка чувствовала, что стоит ей только захотеть, она может не только пойти на почту, она может запросто туда побежать. Решение было принято, и она стала одеваться для похода на почту. Гардероб бабушка имела незамысловатый, поэтому она быстро оделась и подошла к зеркалу, чтобы перед ним повязать на голову платок. Неизвестно, какая сила удержала бабушку от крика. Она мгновенно поняла, почему женщина, принесшая квитанцию, таращилась на неё и очень странно себя вела. В зеркале бабушка увидела себя, но только не с морщинистым лицом и увядшей шеей. На неё из зеркала смотрела красивая, ухоженная пятидесятилетняя женщина.

Прошло со времени описываемых событий полтора месяца. Наступила ранняя осень с её нудными холодными дождями. Оксана и Ирина всё ещё проживали на квартире, принадлежащей Ирининой тётке. Им там было очень уютно. Они собрались поступать в институт, в этой квартире они и готовились к экзаменам.

В один из таких осенних холодных дней медленно по узкой дорожке шёл Николай.

Он не спешил, хотя цель, куда он направлялся, была заманчивая и интригующая. Он шёл к Оксане. Да, там была и Ирина, но он направлялся именно к Оксане. Вдруг Николай услышал слова, по всей видимости, обращённые к нему:

- Эй, герой! Может быть, всё-таки поговорим!?

Николай обернулся и увидел следователя, направляющегося к нему. Их глаза встретились.

- Можно и поговорить, - ответил Николай.

- Сопоставив события последнего времени с твоим непосредственным участием, - чётко произнёс Кутасов, делая акцент почти на каждом слове, - я сделал вывод, что так убить Райзмана, как его убили, мог только ты.

- Правильный вывод, следователь! Мог только я.

- Значит, действительно – ты! Я не знаю, как оценить совершённые тобой чудеса, но…

- Не надо ничего оценивать, - перебил его Николай, - я не нуждаюсь ни в чьих оценках. Если бы не угроза жизни мальчика, чуда вы бы не увидели, хватит с вас и ублюдочных реалий – шоу по телевизионному ящику!

- Мои реалии другие, - тихо сказал Кутасов, я вынужден арестовать тебя.

- Ты, следователь, просто, как шлагбаум на моём правильном пути, - засмеялся Николай.

- Возможно, но я надеюсь, что на этот раз ты не будешь играть со мной в догонялки. Предупреждаю, я могу применить оружие, и никакие твои фокусы тебе не помогут.

- Я мог бы послать тебя ко всем чертям, но не пошлю. Ты мне симпатичен, следователь, потому что ты нормальный человек, а это сейчас редкость. Так уж получилось, что мне придётся уйти в прошлое и я…

- Я не предполагал, что ты так примитивно сразу же начнёшь “косить” под сумасшедшего, - перебил его речь Кутасов.

- Не советую перебивать меня,- сказал твёрдо Николай! Итак, продолжу: однажды ночью мне приснилось, что со мной разговаривает некто. Во сне мне виделось, что я нахожусь в какой-то тесной комнате, а из угла со мной разговаривает Голос. Я чувствовал, что он исходит от человека, я чувствовал чьи-то пальцы на своём горле, но никого перед собой не видел. Это был просто Голос. Он мне сказал, что мне предстоит стать обладателем удивительных способностей, недоступных обыкновенному человеку. Я понял, что смогу впитывать в себя Мировую энергию через шаровую молнию, от которой буду заряжаться, как аккумулятор. Я понял, что скоро смогу превратиться в человека–энергию с уникальными возможностями.

- И это ты нам продемонстрировал! - воскликнул Кутасов.

- Парадокс заключается в том, - продолжил Николай, - что, став обладателем энергии, способной помогать мне творить чудеса, я этой энергией невольно убил человека.

- И это был Райзман?

- Да, он. После того, как я получал космическую силу, я должен был всегда избавляться от её избытка. Лишнюю энергию я выводил из себя через кончики пальцев силой воли. Однажды, стоя на балконе, я включил волю раньше времени, и вместо того, чтобы энергетическому лучу уйти вверх, он пошёл параллельно земле, потому что и рука моя была вытянута в этом направлении. Энергия отходит от пальцев моих рук в виде луча огромной плотности, который со временем теряет эту плотность, уходя в небо. Мой луч невидим, поэтому и случилась трагедия. Луч встал на пути Райзмана и тот врезался в него, как в стальной раскалённый прут.

- Невероятно, - пробормотал Кутасов, - но ведь потом на этом месте было много народу, и никто на луч не наткнулся!

- Да, - сказал Николай, - не наткнулся. Я поднял руку, и луч ушёл вверх.

- Судя по всему, чтобы помочь людям, высшие силы хотят послать им мессию, а посылают, - следователь стал подыскивать подходящее слово, - посылают ну, в общем…

- Не стесняйся, говори откровенно. Я не обижусь. Ты, думаю, хотел сказать, что посылают убийцу, - Николай жестом пригласил следователя пройтись в сторону деревьев, и они пошли в этом направлении.

- Так как же ты собираешься распорядиться своим даром? – спросил Кутасов.

- Никак, этот дар попал не по адресу, а людям милости ждать не надо, милость заключается в них самих. Пусть сами разбираются, почему в них столько ненависти, и отчего им так приятно “кушать” друг друга. Неужто не верите, что кушают?

- Да что ты всё о плохом, хорошего, что ли нет? – выдавил из себя Кутасов.

- Есть, - согласился Николай, - только рассуждать об этом ты будешь не со мной. Честно говоря, мне муторно откапывать в людях это самое хорошее и знаешь почему? Да потому что ключевое слово здесь – откапывать. Ты не задумывался, почему на виду - то оно никогда не лежит, а?

- Чёрт возьми! Но не зря же дар…

- Хватит! Я уже говорил, что он попал не по адресу. Дар, который способствовал убийству, мне здесь не нужен, я отказываюсь от него! Неужели мне нужно постоянно это повторять?

- От такого не отказываются! И потом: что значит здесь?

- А теперь я скажу самое главное, и, может быть, самое страшное: хоть я и случайно стал причиной смерти человека, тем не менее, убийца – я, и с тех пор меня тянет убивать ещё!

- Как ещё!!! Что ты такое говоришь?

- Кто хоть единожды убил, всегда желает продолжить это занятие. Наркоман хочет уколоться, алкоголик – выпить, убийца всегда хочет ещё убить. Убеждён, что, выпуская на свободу преступников, «отсидевших» срок за убийство, государство приговаривает невинных людей к смертной казни, а казнить их будут эти самые преступники. Я подавляю в себе желание убивать. Ты видел, как я затащил в пруд машину, как в овраге вывернул дерево из земли с корнем. Это было той разрядкой, которая помогла мне избежать повторного преступления.

- Невероятно! Скажи, а что было тогда со мной? Не ты ли там заодно и на мне “разряжался”, вогнав гипнозом в какую-то чертовщину?

- Ты смелый человек и упорный, но иногда надо всё-таки слушаться старших, когда они просят, чтобы от них отстали! Надеюсь, тебе всё ясно, следователь!?

- Да, осталось объяснить, что означают твои слова “я здесь отказываюсь от своего дара”!

- Здесь мне жить невозможно – я убийца! Мой дар поможет мне уйти в прошлое. Там я никого не убивал, возможно, там я и смогу помочь кому-то. Думаю, 19-ый век мне подойдёт. Кстати, ты не сильно расстраивайся, десятки свидетелей видели моё чудо, так что в чудеса с Райзманом твоё начальство поверит, когда ты расскажешь обо мне.

- Но почему же дар достался именно тебе?

- А ты хотел бы, чтобы он достался тебе?

- Нет, но…

- Небеса непредсказуемы! Выбрали меня, но это не главное! Мне очень хотелось бы знать, кто выбрал, Бог или Дьявол! Только до сих пор вот этого я и не знаю. Но, кажется, мы заболтались. Всё!!! Прощай! – Николай развернулся, чтобы уйти.

- Подожди, - остановил криком Кутасов, уходящего Николая, - как зовут-то тебя?

- Николаем меня кличут, Николаем Яновским.

- Но почему же ты, Коля, совершенно незнакомому человеку рассказал всё и сразу?

- Во-первых, не сразу, а во-вторых, это же так очевидно, - засмеялся Николай, - я ухожу в прошлое, мне некогда искать другого слушателя.

Осень… Берёзы роняют к своим ногам озябшую листву и склоняются к ней осиротевшими ветвями, прощаясь со своей недолговечной спутницей.

Прислушайтесь к голосу листвы, когда ветер играет с ней в бесконечные догонялки. Прислушайтесь – он есть, он поёт песни самой осени.

Осень.… Сейчас листва уже не шуршит под ногами прохожих; от холодного нудного дождя она промокла и потеряла свой голос.

Берёзы, не клоните низко головы, не старайтесь удержать на своих ветвях остатки пожелтевших листьев, они всё равно упадут к вашим ногам, сорванные осенним ветром, и попрощаются с вами навеки. Ничто уже не спасёт их – осень неумолима!

Берёзы, вы счастливей листвы, что окутала ваши ноги. Вы будете жить и радостно шуметь новой роскошной кроной, встречая поклонами прохожих, а эта листва уже никогда не увидит ваше пышное убранство, она умрёт под покровом зимнего неласкового снега.

Берёзы, её смерть не напрасна – сорванная ветром с ветвей и упавшая к вашим стройным ногам, листва ещё долго будет согревать их.

Берёзы, распрямите свой гибкий стан и послушайте песни осеннего ветра. Он поёт о вас. Под их мелодии вы уснёте, потому что эти песни – колыбельные. Засыпайте берёзы, вам холодно, неуютно, одиноко, но постарайтесь заснуть. Сон будет долгим и крепким. Спите, берёзы, весенняя пора разбудит вас.

Осень… Природа засыпает, засыпает, как эти берёзы, вволю наплакавшиеся над своей обречённой листвой - она так долго помогала им выказывать их пышную красоту!

Осень безжалостна! Она хорошо знает свои царственные полномочия.

Природа, покорись, положи свою красоту на её золотой трон.…

И природа величественно покоряется могущественной владычице – осени, но, как маленький ребёнок, который просит родителей дать ему ещё минуточку с тем, чтобы оттянуть время отхода ко сну, она тоже просит у осени дать ей немного времени, чтобы ещё чуть-чуть насладиться жизнью. Ей это необходимо, потому что природа необыкновенно любит жизнь, потому что она – сама жизнь!

Был вечер. Оксана находилась в состоянии прострации, ей не хотелось ничего, а вот гибкий ум Ирины работал, не зная отдыха. Она всем своим существом чувствовала добычу. Ирина понимала, что ходить теперь далеко не надо, объект нападения вырисовывался с явной очевидностью. Это был их новый знакомый. Ирина, прервав свои размышления, обратилась к подруге со словами:

- Оксанка, наш Коленька автоматически превратился в волшебника, и он нам обязательно наколдует много чего драгоценного! Простые смертные просто так по воздуху не ходят. НЛО по сравнению с тем, что мы видели – просто пустяки. Наша операция «экзамены» продолжается, «продюсер» - отменяется и начинается операция «Коля»!

- Честно говоря, сказала Оксана, - я в шоке, мне уже не нужны никакие операции.

Ирина засмеялась:

- Колю надо сделать рабом прекрасной юбки. Чья это будет юбка, я ещё подумаю. И вот когда раб размякнет, рассюсюлится, вот тогда мы получим всё, что захотим! Если он может так ловко ходить по воздуху, значит, он знает толк в чудесах, и они в виде материальных ценностей нам обеспечены. Я просто ощущаю это всем своим существом, а заговорила об этом, потому что он сегодня звонил. Сказал, что придёт.

Оксана пошла на кухню, не проронив ни слова. На кухне Оксана остановилась у окна. За окном ветер гнул деревья. Небо было чёрным – чувствовалось, что будет осенняя гроза. В дверь высунулась Ирина и сердито проговорила:

- Разговоры мои не нравятся, видите ли! Загрустила, сердечная, губки надула! Головы своей нет – моей пользуйся, пока я добрая. Ладно, я отлучусь минут на двадцать, - сказав это, Ирина вышла из квартиры.

Раздался телефонный звонок. Оксана подняла трубку – звонил Николай. Он просил Оксану, чтобы она никуда не уходила, он скоро придёт. Узнав, что Ирины какое-то время не будет дома. Николай скорее обрадовался, чем огорчился. После некоторых колебаний Оксана сказала, что дождётся его. Положив трубку, Оксана стала разговаривать сама с собой:

- Приспичило ему! Полтора месяца не появлялся, а тут срочность у него! Если все, кто умеет творить чудеса, задумают со мной в срочном порядке поговорить, мне придётся самой научиться бегать по воздуху, чтобы забраться повыше, да не слушать никого! А, вообще-то интересно, как он это делает!

В дверь позвонили. Оксана впустила Николая, пригласив затем на кухню. После того, как они сели на стулья, Николай начал разговор.

- Сегодня на улице непогода и мне надо спешить, - сказал Николай, - я предлагаю тебе уйти со мной.

- Уйти? Куда же это я должна уйти с тобой, да ещё в непогоду?

- Не буду утомлять тебя и скажу, как можно короче. Я хочу сделать тебе предложение. Оно будет заключаться в том, что…

- Мило! – перебила его речь Оксана, - видимо, ты полюбил меня! Но для того, чтобы это сказать, совсем не обязательно было врываться сюда. Детский лепет я могла бы выслушать и по телефону, хотя вся эта чушь мне совершенно не нужна.

- Это не чушь, я хочу, чтобы ты до конца выслушала…

- Нечего мне слушать, - опять перебила его Оксана. – Скажу тебе по секрету, что мне нужен человек, который смог бы сделать меня царицей во всех отношениях. Я имею в виду круизы, бриллианты, ну, и так далее! Я обязательно найду такого человека, и это будешь, разумеется, не ты!

В это время в квартиру вошла Ирина. Она хотела уже пойти помыть руки, как услышала, что Оксана с кем-то разговаривает. Ирина потихоньку подошла к кухонной двери и стала подслушивать разговор.

- Ирина почему-то верит в твоё могущество, продолжала разговор Оксана, - но здравый смысл говорит, что это всё чепуха!

- Тебе безразлично, кто будет тот человек, который обогатит тебя? – спросил Николай.

- Главное, чтобы я ходила в золоте, я создана для этого! Понимаю, что другие девушки тоже этого хотят, но им далеко до меня. Я красивее их!

- А что, у красивых девушек принципов не бывает?

- Пойми, все, абсолютно все забывают о своих жизненных принципах, если они мешают шагнуть вперёд. Любая девушка, если у неё будет хоть какая-то возможность шагнуть дальше других, сделает этот шаг!

- Шаги по костям других, так?

- Так!

- И не жалко будет других-то?

- Жалко, но жизнь именно такая, а тебя я не люблю, женой твоей не буду! Ты не для меня, и поэтому предложение твоё я принять никак не могу! Правда, очень хотелось бы узнать, как это ты умудрился по воздуху пройтись.

Николай поднялся со стула и тихо произнёс:

- Ты меня не поняла! Я хотел сделать другое предложение, замуж я тебя не звал.

Оксана не поверила своим ушам, она подскочила вплотную к Николаю и почти закричала:

- Куда же ты тогда меня звал? Какое это такое другое предложение?

Николай стал чеканить каждое своё слово:

- Я обладаю даром, великим даром! С его помощью, я могу путешествовать во времени, а предложить я тебе хотел уйти со мной в 19-ый век. Ты красива, божественно красива! Женская красота – это чудо, которое всегда завораживает, манит, пробуждает вдохновение! Я думаю, что всё-таки Бог вложил в меня немыслимую силу, тебе же неземная красота тоже дана Богом! Я посчитал, что мы с тобой вроде, как родные, поэтому и хотел предложить уйти со мной в прошлое! Ну, а Ирина была права: обладая своим даром, здесь в этом бренном мире я смог бы сделать тебя царицей!

Николай двинулся в сторону двери, но Оксана не позволила ему уйти. Она подбежала к нему, взяла двумя пальцами пуговицу его рубашки и, приблизив свои губы к лицу Николая, заворковала нежным голосом:

- Но ведь ты тоже меня не понял! Я, конечно, наговорила много чуши, но неужели её надо принимать всерьёз! Ко мне вечно парни пристают (просто достали), вот я по инерции и ляпнула, что не люблю тебя. Да и, вообще, неожиданно всё получилось, с наскоку! Конечно, 19-ый век – это выдумки. Ты выдумываешь – я выдумываю, что тут особенного? А богатства мне не нужны. У меня сегодня плохое настроение, и я решила просто позлить тебя.

Губы Оксаны находились на таком расстоянии от губ Николая, её дыхание было таким тёплым и влекущим, что он непроизвольно схватил её за плечи и впился поцелуем в её дивную красоту.

В это время, в бурном негодовании на кухню ворвалась Ирина. Её беспокойное сердце больше не могло выдерживать груз этого прекрасного зрелища, которым она мучилась более пяти минут. Ирина закричала, обращаясь к Оксане:

- Ты что же, девочка, решила публичный дом здесь организовать? Ну, уж, нет! Этого я допустить не могу!

Ирина схватила Николая за руку, притянула к себе и зашептала ему в лицо:

- Не полюбит она тебя, никогда не полюбит! Она же не умеет этого делать, не дано ей любить! Хочешь, я при ней, при этой кукле, Ирина ткнула пальцем в сторону Оксаны, покажу, как это делается?

Оксана попыталась что-то сказать, но Ирина не дала ей это сделать:

- А, мышь зашевелилась, не натравить ли на неё дохлого кота?!

Ирина потянула растерявшегося Николая к дивану, стоящему на кухне, томно зашептала:

- Ты плохо смотришь! Ты гений, а не видишь, что я не моська, а настоящая женщина! - она крепко обхватила его руками и повалила на себя, - ну, люби же меня, люби, а эта мартышка пусть смотрит! Ха-ха! Этот витринный манекен отказался от тебя. Ты настоящий молодой мужчина, а она отшвырнула тебя, как тряпку. Но я-то не отшвыривала, именно я могу любить так, как никто!”

Оксана вдруг “ожила”:

- Что ты говоришь?! Да ты сама мартышка, на тебе пробы негде ставить!- она изо всех сил стала отрывать Николая от Ирины.

Николай, наконец-то освободившись от неожиданно объявившегося борца вольного стиля, поднялся с дивана, посмотрел на запыхавшихся девушек, тихо произнёс:

- Я был прав, люди сами должны лечить себя, я здесь не при чём! - он вышел из кухни, добрался до прихожей и покинул квартиру.

Тем временем Ирина, встав с дивана, подошла к столу и налила себе в чашку из чайника кипячёной воды. Оксана стояла у стены, её била нервная дрожь.

Вдруг она бросилась к столу, выхватила у Ирины чашку, и демонстративно разбила её о стену.

Ирина спокойно произнесла:

- Не принести ли аптечку, да не накапать ли тебе валериановых капель? Правда, их, в основном, обожают нагулявшиеся коты, но тебе могу предложить по дружбе!

Оксана бросила Ирине в лицо очередные оскорбительные слова:

- Вот ты как зашипела, змея! Но ведь все ползучие гады должны ползать, что же ты стоишь?

Ирина двинулась на Оксану:

- Ты думала, что я твоя подруга? О, нет! Ты – сопля! Я знаю себе цену, а ты только думаешь, что знаешь. В сущности, ты просто плебейка, обыкновенная безмозглая кукла с примитивными мыслями, которые вылетают из твоего ротика в виде таких же примитивных фраз. Ну, что, что ты строишь свою физиономию многоугольником? Ненавижу, ненавижу тебя, не-на-ви-жу!

Оксана заплакала и, выбежав из кухни, стала метаться по квартире, хватая бессмысленно то одну вещь, то другую. Вдруг она подбежала к входной двери, и, распахнув её, стремглав бросилась бежать вниз по лестнице. Когда она выскочила на улицу, сильный порыв ветра чуть не сбил её с ног. Дождь лил, как из ведра. Очень далеко от дома Оксана увидела мужскую фигуру и поняла, что это был Николай. Насколько быстро он вышел из квартиры, настолько медленно шёл он в эту минуту.

Оксана закричала:

- Коленька, подожди! подожди меня, Коленька!

Николай её явно не слышал, и она бросилась его догонять. Тапочки мешали Оксане, и она их сбросила. Дождь в один миг превратил её платье в мокрую тряпку, которая прилипла к телу. Бюстгальтера на Оксане не было, и, если бы кто-нибудь увидел сейчас её грудь, когда прозрачное платье очертило её формы, он бы не поверил, что природа способна и на такое. Мокрая трава хлестала Оксану по голым ногам; было скользко, и она уже несколько раз падала, крича изо всех сил: - Коленька, ну, подожди, не бросай меня, Коленька!

При очередном падении она ободрала колени и ладони, но боли не почувствовала совершенно. Наконец, Николай услышал её и, обернувшись, остановился. Оксана подбежала к нему на расстояние не более тридцати метров и тоже остановилась. Дыхание у неё было сбито, она дышала тяжело, но при этом грудь её почти не колыхалась. На Николая "смотрели" прекрасные, не поддающиеся силе земного притяжения, две огромные бусины.

Оксана медленно двинулась к Николаю, губы её шевелились, она шептала, как безумная:

- Я ненавижу себя, ненавижу! Прости меня, Коленька! Я смогу полюбить тебя, Коленька, смогу! Не слушай никого, Коленька!

Николай тоже двинулся навстречу девушке, но вдруг небо расколола гигантская молния, и не успел ещё вслед за ней прогреметь гром, как Николай понял, что Оксаны больше нет. Когда он подбежал к ней, то увидел в невысокой траве мёртвую Оксану с чёрным обезображенным молнией лицом. Николай вскинул голову и закричал в грозовое грозное небо:

- Боже! Зачем, зачем ты это сделал? Боже, Боже, за что, за что?

И был вечер, и сверкали молнии, и грохотал гром. Небо сделало его сверхчеловеком, наделив даром управлять энергией, и такой же энергией убило девушку, которая вошла в его душу навсегда. Перед ним на траве лежала обезображенная мёртвая святыня. Николай поднял тело Оксаны, крепко прижал к груди и понёс его к Ирине, которая в эти минуты тигрицей металась по квартире, проклиная ненавистную соперницу.

Конец

Вы можете поставить посту от 1 до 50 лайков!
Комментарии
Вам нужно войти , чтобы оставить комментарий

Мы используем cookies, чтобы вам было проще и удобнее пользоваться нашим сервисом. Узнать больше.