История одной смерти

Не сказать, что время его пролетело быстро.

Он знакомых не узнавал, забывал слова...

А когда-то был щёголем, галантным магистром.

Если кто и помнит об этом, то лишь едва.

Он давно уже не бывал в университете.

И писал, чтоб не сокрушаться, что не у дел:

«Человеку отведено семь десятилетий.

В крайнем случае – восемь, но это уже предел».

Кто от жизни устал, тому прощаться не страшно.

Он не знал, но верил, что там обретёт покой.

И в последний раз посмотрел из окна на башню,

Словно в экипаже кому-то махнул рукой.

Город всё ещё не покорился чужой печали,

И почти никто не услышал, что он ушёл -

Где-то рядом на фортепиано снова бренчали,

Только он уже произнёс: "Это хорошо".

Он привык ко всему. Хватит сетований на случай,

Даже если твой дом стоит по соседству с тюрьмой.

А сегодня издатель рукопись не получит,

Ни за что отругает слугу и пойдёт домой.

Обещал, что пришлёт. А когда пришлёт - неизвестно...

Позабыл старик. А ещё говорят - педант...

В семь часов почтальон принесёт "Кенигсбергский вестник".

И на первой странице:

                                          "Умер Иммануил Кант".