·
13 мин

Сказ второй. Суженная.

Сказ второй Суженная - тридевятое

Далеко ли за морями,

за зелёными лесами

в королевстве тридевятом

умер царь. И старшим братом

принят был такой указ,

чтоб не спорить каждый раз

за отцовскую корону,

без обид и без поклонов

в жёны взять царёвых дочек

из соседних стран. И прочен

будет брак с приданным царским.

Сам Андрей к княжне болгарской

без раздумий в дальний путь

отправляется. Ничуть

не печалясь об указе

средний Стёпа без оказий

собрался в столицу-град,

где живёт король Игнат.

У него ведь, между прочим,

целых пять царевен-дочек.

Тут и младшенький, Ванюша,

чтобы брата не ослушать,

оседлал коня гнедого

и пустился в путь. Убога

и дряхла старушка в поле

повстречалась. "Божьей волей

привела тебя судьба.

Я от старости слепа!

Доведи меня к избушке,

что у леса на опушке.

Не останусь я в долгу,

да советом помогу..."

***

В это время брат Андрюша

Заплутал в лесу. Послушно

рысью ехал верный конь.

Рассупонилась супонь*

вдруг на жеребце некстати.

"Отдохнём маленько! Тати*

нам не встретятся в бору.

Эх, в такую бы жару

выпить бы по жбану* кваса,

из отцовского запаса,

да в прохладе подремать...

луг заменит мне кровать,

Да и ты, каурый вволю

тут траву пощиплешь. Болен

может ты мой верный друг?

Отчего печален? " Слух

уловил какой-то шорох.

Видит: в небе перьев ворох.

Отбивается отважно

от орла голубка. Машет

бедная одним крылом,

(вся изранена орлом).

Без раздумий тут Андрей

лук достал и точно в цель

попадает он умело.

"Поделом тебе, за дело

отвечай лихая птица!"

Глядь, а перед ним девица

оказалась. Да какая!

Правда кровью истекает

правое плечо. Андрей

к ней бросается скорей.

Рану ей перевязав,

смотрит в синие глаза.

И за этот краткий миг

сердце тропкой напрямик

отправляется навстречу

чувству новому. Замечен

девой интерес Андрея.

От смущенья розовея

произносит дева вслух:

"Как зовут тебя мой друг?

Дочка я царя лесного,

отплатить тебе готова

за спасение от смерти..."

"Мне красавица, поверьте,

ничего от вас не нужно.

Только вам хотел бы мужем

верным стать и жить в ладу.

Я и солнце и звезду

вам готов достать с небес…»

«Я согласна, только лес

я отцовский не покину,

не поеду на чужбину,

коли хочешь быть со мной,

то забудь про дом родной.

Оставайся в нашем царстве,

В тридесятом государстве,

станешь ты царём лесным ...»

" Я согласен и к родным

возвращаться я не стану.

Брату среднему Степану

я оставлю царский трон.

Пусть умело правит он!"

Так остался брат Андрей

вместе с суженой своей

девой юною Алесей

в царстве древнем Междулесья.

***

Средний же царевич Стёпа

жеребца пустив галопом

поспешил в столицу-град,

где живёт король Игнат.

У того, как он слыхал,

дочек пять - без жениха.

Проскакал уж верст немало,

незаметно ночь настала.

Впереди - прибрежный кряж,

и решил царевич наш

там укрытие искать:

отдохнуть, поесть, поспать.

Он вдоль берега прошел,

грот увидел небольшой,

там, в скале прибрежной, рядом.

"Лишь бы не было там гадов!" -

он подумал и с надеждой

поспешил туда, но прежде

средь песка увидел в луже

он рыбешку: "Вот и ужин!" -

произнес Степан довольно:

"Запеку в углях да с солью..."

Вынул рыбу из воды

он для будущей еды.

Только вот в его руках

рыбка дернулась слегка,

чешуя при лунном свете

заблестела и заметил,

парень капельку-слезу

на очах ее. Внизу,

где-то в сердце сжалось что-то,

"И не очень-то охота,

мне ни рыбы, ни ухи,

да и прочей требухи..."

Отпустил он рыбку в море,

уплыла златая вскоре.

Из заплечного мешка

вынул Степа два куска

хлеба с сыром да водицы

чтобы в ужин подкрепиться,

в грот забрался, и уснул.

А морскую глубину

диво-дева покидает,

на песок морской ступая

разговор ведет с волной,

словно с живностью ручной.

В грот заходит осторожно:

черноброва, белокожа,

золотом - копна волос,

светлый глаз, курносый нос...

Сон царевича глубокий

охраняет от мороки,

так, до самой до зари:

чтобы гады не могли

причинить парнишке вред,

ведь в змеиной он норе

спать улегся, как назло.

(Видно злыдней* привело).

С солнца первыми лучам

он проснулся. Зазвучали

в голове колокола.

"Вот она, богам хвала, -

жизнь моя, любовь, жена,

что судьбою мне дана!"

"Кто ты, красная девица?

На тебе хочу жениться,

жить семьёй, в любви, в ладу

Коль прогонишь - пропаду!"

"Я царя морского дочь,

и могла сегодня в ночь

распрощаться с жизнью глупо,

стать твоею пищей, супом,

коль меня не пожалел бы

и рыбешкой мелкой съел бы...

Ты же жизнь мне сохранил…"

Глядь, они уж не одни:

Из глубин морских выходит

царь морской, и на подходе

два десятка слуг морских

с ним: русалов, водяных...

" В жены дочку я отдам,

царский сын, но навсегда,

ты уйдешь в морское царство,

триседьмое государство,

чтоб приемником моим

стать однажды. Я засим

передам вам все богатства

моего морского царства".

На девицу глянул Степа:

"Это было бы неплохо,

но согласна ль ты, царевна,

стать женой мне в жизни верной,

матерью моих детей?

До последних наших дней?"

Чуть зардевшись, дева скромно

улыбнулась и огромной

их морской волной накрыло.

Что же дальше с ними было?

Брат Степан с женой Мариной

поглощен морской пучиной,

править стал своим умом

в королевстве триседьмом.

***

Где же мадшенький, Ванюша?

Он по топи и по суше,

вдоль болота, по тропинке

вел старушку. Под осинкой

отдохнуть присели вскоре,

в откровенном разговоре

рассказал старушке Ваня,

что царевич, хоть и странен

простенький наряд его.

Он в дороге оттого,

что скончался царь, а братом

издан был указ тогда-то,

чтоб не спорить о короне,

без обид и без поклонов

в жёны взять царёвых дочек -

будет брак с приданным прочен!

Он в дороге дней немало,

заплутал сначала, (Мара*

видно по лесу водила),

там же, в зарослях кизила

пообдер одежду он,

Но закончился кордон*,

леса странного и в поле

встретил уж старушку вскоре...

Вот, решил помочь убогой,

к дому, проводить дорогой.

Встрепенулась тут старушка:

"А теперь меня послушай.

Я сама царица-ночь

и хочу царевну-дочь

замуж за тебя отдать.

Мне такой по нраву зять...

Дочь моя умна, красива,

работяща, не спесива.

Да имеет дивный дар

ткать ковры: в них, как пожар

солнце золотом пылает,

землю травкой устилая

нить ложится на ковер.

Хоть в какой худой шатёр

ты повесь то рукоделье,

сразу счастье и веселье,

входит навсегда в тот дом.

Дочкой, созданным трудом,

можно и обогатится,

от того, ее как птицу

посадил в темницу-клетку

злой колдун. И очень редко

можно встретить уж героя,

что помочь готов. Ведь трое

сгинуло уже бойцов,

бравых, смелых молодцов.

Коли трусить ты не смея,

дочь спасешь мне от злодея,

в жены девицу возьмешь,

будешь счастлив. Не за грош

сможешь дочкино искусство

продавать. Не будет пусто

никогда в твоей казне.

Лад творить ей, как жене

от рожденья дарен был

теткой - Матерью судьбы*»

"Разве могут быть сомненья?

К колдуну без промедленья

я отправлюсь и девице

помогу освободиться

от злодея-колдуна".

"Не спеши, Иван, одна,

для тебя вещица есть.

Невидимка-плащ, ты весь

им укройся темной ночью

и пройдешь, где лишь захочешь,

незаметно ото всех,

Дам клубочек, без помех

путь короткий он укажет

в терем колдуна. Со стражей

сам Ванюша разберись,

обмани иль притаись..."

Попрощавшись со старушкой,

поспешил он тропкой нужной,

что клубочек указал,

и лишь пыль летит в глаза.

***

День да ночь, почти к исходу

дня второго в непогоду

прибыл к терему меж сосен.

Ветер вмиг клубок уносит.

Осмотрелся Ваня зорко:

у забора бревен горка.

Если встать на самый верх,

можно перелезть поверх.

Темноты Иван дождался,

плащ одел и попытался

в терем тот тайком пробраться.

Зацепился как-то пальцем

за тесемку от плаща:

Всё, невидимость - прощай!

Спешно в горницу ввалился,

в ту, где свет слегка светился.

Там, за прялкою у печки

пряла девица. Сердечко

Вани замерло как будто

и пробралась в душу смута:

Синеглаза, черноброва,

кожа цвета - кость слонова,

как тростиночка хрупка,

медь волос волной слегка.

Он девице красной в ноги

поклонился на пороге:

"Я защитник, а не тать,

и пришел тебя спасать.

Матушка твоя в печали,

по тебе скорбит, скучает.

Мне поведала с тоскою

про твой плен. С бедой такою

совладать решил, к злодею

я отправился. Твоею

матушкой был дан мне плащ-

невидимка. Неудач

я в дороге избежал.

смерти лютой, грабежа...

Видно, чтоб в конце пути

смог тебя, душа, спасти.

Как зовут тебя краса?

Мне уж нет пути назад!

Без тебя краса-девица

нет мне счастья… Ведь влюбиться

я успел за этот миг.

Волей матушки жених

твой теперь я. Ночь-царица

так решила, согласиться

с ней решил и не жалею.

Рад назвать тебя своею

и невестой и женой,

быть всю жизнь с тобой одной..."

Засмущалась и зардела

тут девица, да несмело

подняла глаза на Ваню

и ответила: " Забавен,

монолог твой, гость незваный,

но отвечу без обмана.

Я не пленница, а гостья,

просто матушка от злости

навела поклеп на папу.

Разженились ведь. Но плакать,

дак*, царице не по рангу.

Душу, вынув наизнанку,

ополчившись на весь мир,

заперлась в стенах тюрьмы

боли, гнева и обиды.

От того она не видит,

что её война с отцом

грудь сжимает мне кольцом.

Как-то чтобы сговориться

батюшка и Ночь-царица

заключили уговор.

Я живу теперь с тех пор

то у матушки полгода

то у батюшки. Свободы

не лишалась я, поверь..."

Тихо отворилась дверь.

Старец в горницу зашел,

снял небрежно капюшон.

"Зорька ясная, Зоряна!

Гости в доме? Но охрана

мне о том не доложила?

Заскрипевшая пружина

лишь поведала о том.

Кто и как попал в мой дом?"

Ваня чинно поклонился

да учтиво обратился:

"Я царевич младший, Ваня,-

В тридевятом царстве званий

батюшка имел немало:

Цесарь, царь, король... Звучало

очень грозно. На седьмице*

помер батюшка. Жениться

старший брат велел нам дружно.

В путь пустился я послушно.

в королевства, царства, страны,

в поисках жены с приданым.

Был в дороге дней немало,

даже заплутал, сначала,

Встретил путницу-старуху,

что дряхла да близорука.

Вот, решил помочь убогой,

к дому, проводить дорогой.

Вел старушку, притомились,

отдохнув, разговорились.

Мне поведала она,

что бедой удручена*,

что она - царица-Ночь,

у нее еще есть дочь,

ей такой по нраву зять,

в жены рада мне отдать.

Говорила Ночь-царица

будто дар есть у девицы,

ткать ковры, что каждый дом

наполняют враз* добром...

Только данное искусство

не пустяк. Злодеем шустро

дева в плен лихой взята.

И она в сии места

в путь отправила, чтоб дочке

я помог в сей час полночный..."

"Я царь-Солнце, государь

царства тривторого. Встарь

был известен как Ярило*.

Ночь-царица подменила

правду сказкою иной,

а вся правда пред тобой!

Мне была женою Ночка

и растили мы с ней дочку.

Но спустя немало лет

мы повздорили. Навет

навели лихие люди

на меня. И пусть осудит

кто меня за малодушье,

Но жена, мне плюнув в душу,

дочь забрала и ушла.

Наступила в мире мгла.

Мы расстались, столько боли

причинили, я не спорю.

Только мы с тех самых пор

стали враждовать. Без ссор

наши встречи не случались,

и решили мы вначале

ради дочки сговорится,

и полгода Ночь-Царица

с дочерью вдвоём жила,

а потом из-под крыла

отпускала дочку нашу

в моё царство. Но пропажей

назвала она все это,

храбрецов находит где-то

чтобы дочь домой вернуть.

Ты за то не обессудь...

Только есть в ее словах

мысль хорошая. Права

жонка* бывшая лишь в том,

чтобы зять увел в свой дом

нашу дочь. Видать пора

ей уехать со двора

в дом супруга молодого.

Не прошу, царевич, много,

дочь беречь, любить и холить,

чтоб по жизненной юдоли*

под руку с тобой прошла,

дар ее рукомесла,

должен, счастье вам принесть,

Только помни, что твой тесть

будет строго наблюдать

чтоб никто, и даже мать

дочке зла не причинили,

чтобы счастливы все были...

Дочка, зорюшка, Зоряна,

всё считал, ей замуж рано,

но летят года, как птицы,

глядь, не чадо* уж - девица!

Решено, закатим пир

свадьбы шумной на весь мир!

Прекратятся сразу склоки

с кем быть дочери. Уроки

мы усвоим, не забудем,

может, не узнают люди

как ночь с солнцем воевала…

может лучшего финала

наш союз достоин? Впрочем,

может, у Зоряны спросим?

Дочка, Зорька дай ответ,

Замуж ты пойдешь иль нет?»

«Тятя, мне ли с Вами спорить,

Меж лесов и лукоморий,

да меж гор, где остр хребет,

Вас, отец, мудрее нет!

Мне сей молодец по сердцу,

он открыл в светелку дверцу

и моё сердечко вдруг

враз ускорило свой стук!»

«Вот и славно, по указу

мы устроим без оказий*

свадьбы пышной торжество.

С государства твоего,

в гости ждем родни посольство,

а потом на обустройство

будет месяц или два,

Государем, ты Иван,

будешь славным, это видно!

Государство плодовито

люд твой честен, трудолюб..."

"Но царь-Солнцу, не стерплю

заблужденье Ваше дальше

продолжать, царевич младший

я в отчизне, потому

мне не править самому.

Есть ведь старшие братья..."

"Их уж приняли в зятья -

сам правитель Междулесья,

(выдав замуж дочь Алесю)

да Морского царства царь.

Отдал он с приданым ларь,

где сокровищам нет счета,

но с условием всего-то,

что и зять и дочь Марина

станут жить в морской пучине…"

"Если так, как говорите,

рад за братьев я. Событий

этих я не знал, не ведал.

Но коль так, то я уеду

после свадьбы в край родной,

буду править там с женой,

чтобы царство расцветало,

чтобы всем всего хватало».


***

Вот и завершилась сказка...

Потускнела где-то краска

на картине королевства

тридевятого, что с детства,

было нам знакомо всем!

Вновь играет на холсте

в прятки тонкий лучик света.

На загадки все ответы

были найдены. Герои

обрели своё, все трое!

Вновь повержены злодеи.

Показали чародеи

чудеса свои. И все же,

хоть добро и зло похожи,

и не сразу отличишь,

в чем же разница? Ищи

ты ответ в себе... А сказки

приоткрыть помогут маски,

спрятав истину меж строчек...

Мы же в сказке ставим точку!


Супонь* - (устар.)Ремень для стягивания хомута при запряжке лошади.

Тати* - разбойники, воры.(устар.)

Жбан* - (устар.)деревянный сосуд, кувшин с крышкой для напитков или воды.

Злыдня, злыдни* - в древней славянской мифологии демонические существа, духи враждебные человеку, его недоля, беда

Мара* - славянская богиня смерти, в низшей мифологии народов Европы злой дух, воплощение ночного кошмара (отсюда франц. cauchemar, «кошмар», англ. Nightmare. Образ Мары имеет индоевропейские истоки - славянскую Мару и т. п.

Кордон* - граница

Мать судьбы* - другое название Макоши, древней славянской богини судьбы, также Макошь называют Пряхой Судеб, покровительницей женских ремесел, Богиней Магии.

Дак* - Так, ведь(устар.)

Седьмица* - неделя (устар.)

Удручена* - огорчена, опечалена(устар.)

Враз* - сразу, быстро (устар.)

Ярило* - славянский Бог Весеннего Солнца, почитаемый славянами как Бог Плодородия и страсти, умелый воин и первый земледелец.

Жонка* - жена(устар.)

Юдоль – (церк.-слав., букв. — долина, дол) — жизненный путь, жизнь с ее заботами и печалями. (сл-рь Ожегова)

Чадо* - ребенок, дитя(устар.)

Тятя* - отец(устар.)

Оказия*- неожиданность, непредвиденная неприятность, казус, нелепость (устар.).


50
0
506
Подарок
Комментарии
Вам нужно войти , чтобы оставить комментарий
Сегодня читают
Ryfma
Ryfma - это социальная сеть для публикации книг, стихов и прозы, для общения писателей и читателей. Публикуй стихи и прозу бесплатно.