Молоко с первого этажа

Субботнее утро. Мне десять лет. 

В Гурзуфе весна за окном. 

На завтрак мама готовит омлет:

«Сходи-ка за молоком!» 

Спускаюсь на первый этаж паря, 

секунда - и вот я внизу: 

«Баб Вер, налейте, чтоб через края, 

гривну потом занесу». 

Соседка баб Вера несколько коз

держит где-то в горах, 

какою ценой она тащит обоз

написано на руках. 

Кольца я не видел, мозоли - да: 

от сумок, дрянной сохи. 

Вьётся усталость за ней по следам, 

за бывшие промахи. 

На стройке работы невпроворот, 

(батрачила за гроши), 

полов километры из года в год

драила не для души. 

Как землёй посыпала родное дитя, 

(Господи, страшный сон). 

И как мужа отправила, чуть спустя, 

выяснить как там сын. 

Баб Вера с любовью льёт молоко 

и плюсом ещё стакан: 

«Пей на здоровье, крымский мой кот, 

хороший мой мальчуган». 

Ничто расплескать не сумело тепло, 

в лучах её море, штиль. 

Какие бы ветры не дули в стекло, 

осядет любая пыль. 

И после грозы в пол ста лет длиной, 

любовью к миру полна. 

Такой ослепительной простотой 

баб Вера озарена. 

Сколько б я раз не спускался к ней, 

восемь пролётов отмеря, 

только улыбкой встречает гостей

милая бабушка Вера.