Подслушанное

«О мудрый Екеф, во сколько монет

Тебе обошелся баварец —

Муж твоей дочери?

Ведь она

Весьма лежалый товарец.

Скажи, ты отдал ему шестьдесят

Или семьдесят тысяч марок?

За гоя совсем небольшая цена.

Ведь дочка твоя — не подарок.

А я вот — Шлемиль!

Подумай: с меня

Взяли вдвое дороже.

И что я имею?

Какую-то дрянь!

Ну, в общем, ни кожи ни рожи».

И, хмыкнув умно, как Натан Мудрец,

Сказал мудрый Екеф степенно:

«Ты слишком дорого платишь, мой друг,

Ты им набиваешь цену.

Ты, видно, совсем заморочен своей

Постройкой железной дороги.

А я вот гуляю.

Подумать люблю,

Пока разминаю ноги.

Мы переоцениваем христиан.

Цена на них резко упала.

Поверь, за сто тысяч марок вполне

Ты можешь иметь кардинала.

Недавно я подыскал жениха

Для младшей дочурки in petto:1

Шесть футов ростом, сенатор.

И нет

У малого родичей в гетто.

Лишь сорок тысяч марок я дал

За этого христианина.

Двадцать — наличными.

Через банк

Другая пойдет половина.

Посмотришь, сенатором станет мой сын,

Несмотря на сутулые плечи.

Я это устрою!

Весь Вандрам

Поклонится нам при встрече.

Мой шурин — очень большой шутник —

Сказал мне вчера за стаканом:

«О мудрый Екеф!

Тебя господь

Родил самим Талейраном!..»

…

Такой, приблизительно, разговор,

Однажды подслушанный мною,

На улице Гамбурга — Юнгфернштиг —

Гуляя, вели эти двое.

Жил черт, и черт из важных,

А не какой-нибудь.

Но раз мартышка стала

Его за хвост тянуть.

Тянула и тащила,

Мой черт был сам не свой,

Он выл — и от восторга

Ей бросил золотой.