Цей самий край

На попелище власних літі на спустошене дворищещось надить… надить… Пам’ять, рід? Чи здичавіле гробовище? Скрізь лобода та кропива,якась чужа трава — в Печальна пам’ять родовадороги скривлює

Высоко над Гейдельбергом, В тихом горном пансионе Я живу, как институтка, Благородно и легко.

Где жили гномики Далеко-далеко от нас – за высокими горами, за зелеными лесами, за широкими полями, за океанами-морями была одна страна. В ней текли веселые и звонкие реки, стояли высокие горы, да такие, что и летом на вершинах лежал…

О, звени, старый вальс, о, звени же, звени Про галантно-жеманные сцены, Про былые, давно отзвеневшие дни, Про былую любовь и измены.

Хорошо, черт возьми, быть Карнеджи, Жить в каком-нибудь, этак, коттедже И торжественно, с видом Сенеки, До обеда подписывать чеки!..

Покушав как-то травку, Зашел слон по делам В фарфоровую лавку И повернулся там.

С томной Софи на борту пакетбота Плыл лейтенант иностранного флота. Перед Софи он вертелся, как черт… И, завертевшись, свалился за борт!

(музыкальный термин, означающий постепенное убывание звучности.) Из тучи с тучей в безумном споре Родится шквал, — Под ним зыбучий в пустынном море

На лобик розовый и влажный от мучений Сзывая белый рой несознанных влечений, К ребенку нежная ведет сестру сестра, Их ногти — жемчуга с отливом серебра.

ВАКХИЛИД (Около 500-450 гг. до н. з.) Вакхилид — младший современник Пиндара, тоже представитель торжественной хоровой лирики; он родился в городе Иулиде на острове Кеосе около 500 г.