Почти...

«Что было, то и будет; и что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под солнцем».

                                          Экклизиаст

В полях легла безмолвием глухая тишь,

Свет меркнет, тая в небе цвета спелой сливы,

К воде сгибаясь, тучам бьют поклоны ивы,

Шурша, колышет ветерок сухой камыш.

В садах симфонией звучит оркестр цикад,

Волнянки пляшут в хаотичном хороводе,

Летит, желанием сгорая в небосводе,

Свет искр холодных — бесконечный водопад.

Художник – жизнь, на радость крохотной пчеле,

Мазками времени, стирая метки смерти,

Цветущие поляны пишет на мольберте,

Скрывая раны, нанесённые земле:

В палитре краска из целебных, пряных трав,

Листвой укрыл maestro язвы и нарывы,

Туманом гипсовым залив костей разрывы,

Гуашь на грунт наносит ки′стями дубрав.

Погибших фресок вид старается спасти,

Под робкие напевы зыбкой песни мира,

Вновь о любви заговорит поэта лира,

Почти исправит всё, всех исцелит... почти.

Среди оплывших капониров и траншей,

Взор прожигают маков алые пиалы,

И лишь корнями оплетённые провалы

Глазниц, пьют тьму в разбитом миной блиндаже.

Рефрен:

Oubliés, sans sépulture, ils dorment d’un sommeil troublé.

Перевод:

Забытые, без погребения, они спят беспокойным сном.