ВЕЩАЯ БАЛЛАДА

ВЕЩАЯ БАЛЛАДА - поиск

Л.А.


Когда отгрохочет товарным составом весна,

и жёлтый суглинок для ласточек гнёзда раскинет.

Я выйду на трассу, лишённый наркозного сна,

и небо мне сердце, как мёрзлую грудку раздвинет.

Покатится солнце с повадкой поджарого пса,

и время как птица щеглиным вскричит отголоском.

Взметнётся над лесом и срежет былое коса,

над соснами жизни, над дымчато-трубным посёлком.


Подъедет фургончик в какой-то доскифской пыли.

Помчится дорога, мерцая туманом еловым.

Шофёр подмигнет мне, чернее подплужной земли,

и крылья расправит одним шестикрылым покровом.

«Откуда и кто ты?», — я в тёмное эхо шепну, —

«Откуда твой отсвет, задолго до встречи знакомый?

И, может, не трассой, а где-то по вещему сну

лечу я с тобою, хожу глубиною как омуль?»


Мы станем на отдых, фургончик заедет в июль.

Припомнится сразу: бывают и дни високосны.

Простор зареберья, свободный для дарственных пуль,

вздохнёт океаном, сравнявшись с пространством оконным.

Повалятся с неба, как будто стрясли их с куста,

всё тайные знаки, трамвайные трели забвенья.

Всё было и прежде, — всё это умело свистать! —

и только лишь ждало, чтоб снова растечься по венам.


Свернув в бездорожье, посланник заглушит мотор.

Обрушится голос, как рушится вал в океане.

Он скажет (в бореньях): есть чуткий поющий простор,

который не виден, но слышен сердцам над мирами.

Он скажет, что бездна, — о, утлый печальный гребец! —

душе соразмерна, но звёзды в ней надо затеплить.

Он скажет «зажги их!», и уголь в отверстый разрез

бестрепетным жаром в теснинах межгрудных закрепит:


«Пусть в небе пылают хвосты ало-бурых лисиц,

пусть утро шагает с задорным румянцем горниста.

Не думай об этом, из пепла наружу толкнись,

как смех саламандры рассыпься в низовьях огнистых.

Мы прежде рожденья во снах пуповиной срослись,

когда не стихами, но чем-то предвечным трепещешь,

я рядом с тобою, слежу из-под синих ресниц,

то Рая, то Ада, то света, то тьмы перебежчик.


Припомни, как в детстве закрался сиротства озноб.

Портовая полночь в гнездовьях сугробов лежала.

Ты думал: за хмарью, за сводом безрыбных основ,

кто явь охраняет, меняет и правит лекала?

Ты сделал два шага с вершины снегов и холма,

кто встретил тебя, кто в горн выдувал нерекомое?

Всмотрись и скажи мне (сквозь мальвы, осоку и мак)

что там возгорелось, не Бог ли в пространствах придонных?


Пойдём же в те дюны за мглистыми глыбами сна,

где зреют дары нам, как грозные руды в забоях.

Пройдём в запределье, расставим там всё по местам,

вздохнём и приляжем на мшистые волны прибоя.

Вот юность и камни, и первая тень на погост.

Вот детство и млеко, (качается в небе осока!).

Вот лёгок и мал ты, как облачко пара в мороз.

Вот входишь в те воды: что видно — безрыбье иль Бога?»


Позднее на трассе, (как катится с яблони плод),

покину машину на подступах к памяти стёртой.

Ведь так и бывает: на миг в тебя вечность кольнёт

и всё позабудешь, но что-то осталось развёрстым.

И вот туда хлещет во всяких морях и трудах.

Сквозняк и тревога подворья Вселенной обходят.

В просветах лишь щебет и солнце в приблудных стихах,

и космос вращаясь, привычно цепляет за локоть.


И так поистрёшься(!), что даже с пяты на носок

качнешься как отсверк, планету и в малом не раня.

Вот птица запела, и кто-то проделал стежок.

Вот правят лекала, и кто-то там ходит за гранью.

Вот вшили под сердце и тянут в рассрочку весну.

Вот спят океаны, а звёзды — как птицы на гнёздах.

Вот в небе по светлой водице надмирье несут.

Придержишь дыханье и что-то проступит сквозь воздух.

Участие в конкурсах

Всемирный День Поэзии
Вы можете поставить посту от 1 до 50 лайков!
Комментарии
Вам нужно войти , чтобы оставить комментарий

Мы используем cookies, чтобы вам было проще и удобнее пользоваться нашим сервисом. Узнать больше.