Гиганты

Мы не цветём. Крыла зелёные раскинув,

взвалив на иглы загазованную хмарь,

мы на костях забытых всеми исполинов

стоим. Мы слышим, как в земле звучит янтарь:

сокрытый блеск поёт капелью ксилофона,

вверх эхо искрами летит — под перегной,

но глухи мёртвые зиланты [1] и грифоны.

А раньше — чахли над застывшею смолой,

и бились насмерть позолоченные змеи

с драконом алым за пропахший морем клад.

Где клад — там кладбище. Здесь отзвуки, немея,

к моим притронутся корням – и замолчат.

И мы молчим, сплетаясь там, где раньше билось

большое сердце. Эта клетка — нам под стать.

Мы все – гиганты. Но умрём. И сделай милость —

переродись. Тогда не буду горевать.

А знаешь, вот бы нас пустили на тетради!

Представь: в одной из них какой-нибудь балбес

расчертит лист зелёной ручкой — и, не глядя,

отметит в слове «заблестели» корень «лес».

Пока живём. Растим иголки. Слышим землю.

Вверху — заботимся о голых семенах.

Внизу — обнявшись в чьих-то рёбрах, вместе дремлем,

и сны сплетаем безотчётно. В этих снах

я Иггдраси́ль [2]. Лаурели́н [3]. Я па́ло са́нто [4].

Минуя полосы широт, сквозь темноту

тянусь корнями, чтобы лечь в корнях гиганта.

А дотянувшись, забываюсь

и цвету.

[1] Зилант — в татарской и русской мифологии крылатый змей, драконоподобное существо с птичьими чертами.

[2] Иггдрасиль — в германо-скандинавской мифологии мировое древо, гигантский ясень, соединяющий девять миров.

[3] Лаурелин — в легендариуме Толкина одно из двух Древ Валинора, Золотое древо, излучавшее свет.

[4] Пало санто — «святое дерево» по-испански. Название нескольких ароматических древесных пород Южной Америки, в первую очередь Bursera graveolens, растущей в Эквадоре и Перу.