Успокоение


Ушел я раннею весной.

В руках протрепетали свечи.

Покров линючей пеленой

Обвил мне сгорбленные плечи,
И стан — оборванный платок.

В надорванной груди — ни вздоха.

Вот приложил к челу пучок

Колючего чертополоха;
На леденистое стекло

Ногою наступил и замер...

Там — время медленно текло

Средь одиночных, буйных камер.
Сложивши руки, без борьбы,

Судьбы я ожидал развязки.

Безумства мертвые рабы

Там мертвые свершали пляски:
В своих дурацких колпаках,

В своих ободранных халатах,

Они кричали в желтый прах,

Они рыдали на закатах.
Там вечером,— и нем, и строг —

Вставал над крышами пустыми

Коралловый, кровавый рог

В лазуревом, но душном дыме.
И как повеяло весной,

Я убежал из душных камер;

Упился юною луной;

И средь полей блаженно замер;
Мне проблистала бледность дня;

Пушистой вербой кто-то двигал;

Но вихрь танцующий меня

Обсыпал тучей льдяных игол.
Мне крова душного не жаль.

Не укрываю головы я.

Смеюсь — засматриваюсь вдаль:

Затеплил свечи восковые,
Склоняясь в отсыревший мох;

Кидается на грудь, на плечи —

Чертополох, чертополох:

Кусается,— и гасит свечи.
И вот свеча моя, свеча,

Упала — в слякоти дымится;

С чела, с кровавого плеча

Кровавая струя струится.
Лежу... Засыпан в забытье

И тающим, и нежным снегом,

Слетающим — на грудь ко мне,

К чуть прозябающим побегам.

Вы можете поставить посту от 1 до 50 лайков!
Комментарии
Вам нужно войти , чтобы оставить комментарий

Мы используем cookies, чтобы вам было проще и удобнее пользоваться нашим сервисом. Узнать больше.