Марина Листок

Я не стала бы так проводить черту
Между злом и добром отчаяннно.
Разводить мосты. Корабли в порту
На прикол, навсегда, не нечеянно.

За столиком сидели двое.
Она писала на меню “привет.”
А он курил, не в силах успокоить
Свой пыл пред ней, и это был ответ.

Ты- ветер, кричали мне чайки,
Ты - сложная роза ветров,
Безмерная и отважная,
Возможность создать все с основ.

На струнах потоков воздушных играет тревожно ветер.
Он кружит флагштоки, рвутся знамёна, сгибает и рвёт всё с петель.
Резвится умело, то тише, то резче. Вдруг бризом обнимет за плечи.
Взбунтует прическу, и локон игриво запляшет,…

Я засыпаю, прошептала липа,
Ноябрь пролистал осенний календарь,
Укроет покрывалом снежным лихо,
Чуть греет медным бликом солнечный янтарь.

А я отправлю письма в будущую осень,
ей расскажу как буду ждать тебя.
Страничка, как в узоре, мелкий почерк,
не уместит всех чувств, что я ждала.

Бесформенной кляксой бессоница
Обволакивает сознание,
Фонарь лишь единственный клонится
Тусклой полосой понимания.

Не в расслабленной неге и пальчиков трении,
Не в разбитом заброшенном жизнью угаре,
В разлинованном счастьем жизнью творении,
Мы доверие ищем в целебном отваре.

Я бросил сердце на четыре ветра,
Какой же дул сильней, узнать бы.
Куда идти, чтобы найти ответы,
Когда развеется туман в сознанье.

В летних отражаются лужах,
Облака и воздушные замки,
Пятки детей непослушных,
Что кораблик пускают бумажный.

Узора сложного вплетения в узор.
В них геометрия пленит арабской вязью.
Прекрасен, невозможно, каждый элемент.
К пустым местам не излечим боязнью*.

Осень в городе склонила голову,
Кисти сложены, закрыт этюдник.
Ходит брошенной и расстроенной.
Стекло, бетон и гранит безлюдный.

Жонглеры судеб и путей,
В ладони перекатывая шарик,
Играют думами людей,
Воображением, сознаньем.

По лужам, робко , отбивая шаг,
С дождем поспорив о своей судьбе,
Шла женщина с зонтом в руках,
Слегка ссутулившись от холода в себе.

Я тебя на 3—D распечатаю,
Каждый тоненький маленький бзик,
Запишу файл загрузки и копию
Сохраню, продублирую в миг.

Из цикла "Городские джунгли"
Бесформенной кляксой бессоница
Обволакивает сознание

Купила мулине я много ниток,
Цветов побольше,
Множество оттенков,
Чтоб вышить яркий на груди цветочек,

Голос твой, словно из прошлого оклик,
Словно стая волшебных минут,
Растревожив, о главном напомнил,
Что меня где—то любят и ждут.

В пустыне жаркой и пустой
Я брел один, и сам с собой,
Разрушив всё своей рукой,
Я тихо вел беседу.

Из цикла "Городские джунгли"
В разбуженной простуженной непогоде
Ориентир я.

Из цикла "Городские джунгли"
Я расскажу об одиночестве прохожих,
Еще вчера так радостно счастливых

Из цикла "Город"
Он не всегда был одинок,
И не всегда он был прохожим

Сегодня выпал первый снег,
Он льдинками застыл на листьях,
А на окошко, чуть присев,
В разводы лужи превратился.

Как будто потрясли пуховую подушку,
Посыпало и закружило, на земле
Асфальта пятна темные красуются,
А воздух в заколдованном кашне.