Георгий Рожков

Жернов Жизни - Молох,
Слабым рёбра размолет.
Как горящий порох
Он неверно понят.

Когда за чадом чёрных труб
Мелькнёт луч солнца золотой,
По уголкам бескровных губ
Пойму, что мало был с тобой.

На спине - распростёртый Иисус,
А в руках - только холод и блеск.
Я раскаюсь и, верно, спасусь!
Разрываемой плоти треск...

В блестящей зелени редеющих листов
Заметно отраженье небосвода,
И ветер налетевший их готов
Кружить беспечно вихрем хоровода.

Накрыло листьями знакомую тропу,
Дрожат редеющие кроны на ветру,
Закатный солнца луч ласкает синеву
Небес над городом, собравшимся ко сну.

Я мечтаю пройти по дорогам,
По которым пройти не смогу.
Каждый раз, очутясь за порогом,
Я преследую эту мечту.

Твоих отравленных творений
Убогий вид смущает взор.
Везде упадок и раздор -
Творца бездарного позор.

Сверла вибрацией в больном зубу
С тобой разлука в сердце отдается,
В дороги дальней темную струну
Смычок вечернего звонка вопьется.

Гнедая кляча
Несёт к обрыву,
Роняя пену,
Забыв дорогу.

Люблю парить над облаками
Под солнца жаркими лучами,
Любуясь зеленью полей,
Лазурным зеркалом морей.

Индра в Ганге нырял
На заре золотой,
Драгоценный опал
Отыскал под водой.

Чего от жизни я хочу,
И что в итоге получу?
Мечтам конечный есть предел,
Ведь всех нас ждёт один удел.

Безлунной ночью грозовой
Старик - трехпалый ювелир
Вручил мне странный сувенир
И дал наказ - носить с собой.

Загадки древних пирамид
Песком изъеден Сфинкс хранит.
Здесь спит последний фараон,
Под толщей камня погребён.

Как утёс в морском прибое,
Грудью встав волнам навстречу,
Я тебя собой закрою
В этот непогожий вечер.

Я на себе ношу теперь картину,
Холстом которой стала плоть моя.
Причудливых узоров паутина
Неизгладимым знаком расцвела.

Я восхищаюсь красотой,
Но не поддельной, а живой.
Той, что в ночи и ясным днём
Горит немеркнущим огнём.