agerise

Куклы обретают речь
И напутствуют сберечь
Что-то в кукольной шкатулке,
Ласково касаясь плеч.

Осенью забавно видеть, как север притворяется местом для жизни.
Подумаешь, говорит, ветер на лестнице. В ответ ему свистни.
Что особенного в тумане? В сумерках? Утро и вечер – глинистые берега.
Не ходи, скатишься. Манит... Сосунок…

Холодный март, зато сухой.
Горчащий, мятный март
Пахтает мысли чепухой,
А время - шагом марш,

Солнечный кон порушен,
Блик по заливу катит
Сонно, малобурунно
И раздаёт по карте:

– возьми меня на ручки
прижми меня к груди
повсюду ноги тучи
как холодно идти

Однажды мистер Фиш заметил вскользь,
Как надлежит холоднокровным рыбам,
Что склеит плавники не на Карибах...
И лещ бы с ними, тут вопрос: "Позволь,

Нежно-зелены жёлуди,
Гравий мясного цвета.
Стук за грудиной голоден
Неполнотой ответов.

Молчание, это золото - металл дьявола.
Шла девица утром по воду, вокруг - паводок.
Давай про синицу за морем, как тихо ей там жилось.
Кого она кроет заново, откуда такая злость?

Кто же твой адресат,
Когда кончились все адреса...
Когда начали дни,
Как гамак, до земли провисать,

На беспредельных перегонах,
На полустанках без полустанков,
Есть такое, что вдруг нагонит,
Не усталость, но как усталость

Луна в созвездии Енота
Благоволит ворам и прачкам,
Любому, кто, не зная брода,
Суёт, полощет и хомячит,

Почему люди ходят группами?
Чтобы соприкасаться крупами,
Чтобы не было так по-крупному
Неуютно на сквозняке.

Как бы его начать красиво... Стандартным: здрасте, я мессия? Видал пришельцев, трогал йети, бывал на вон на той планете, во мне есть чип и передатчик, и аура блестит иначе? А дальше жалобы потоком на бездуховный и жестокий мир, не приемлющий…

1.
Какой же надо выбрать жанр,
Чтоб сразу вышел Жан Вальжан,
И Дракула, и дядя Том,

Август, кошка. Август, Мурка.
Август, жёлтые глаза.
Вот и прыгнул чернобуркой
Ранний сумрак в поздний сад.

По векам бегал тёплый блик
Насквозь июньский, в сентябре.
Немного пьяный я дремал.
Залив плескался и горел,

Лизни придуманную кровь, она душистая как земляника.
Это можно. Лезвие встречается со сливочной кожей
подробно, терпеливо... Читай, пробуй.
Рисованную кровь с пролитой равнять бессовестно:

Будни, как будни. Бури, как бури.
Ты не особенный и не отдельный.
Видишь: в глазах пятничных гурий
Данте и понедельник.

Графика вровень геральдике ваша
Кряжистых, настежь распахнутых башен
ЛЭП, побратавшихся с башенным краном.
В мире за вами притворства ни грамма,

Ты ещё притворишься летним.
Ты уже подошёл вплотную:
Бури справа, морозы слева,
Подневольные поцелуи.

Он же наш волчонок,
Шкура с начёсом,
Баба курносая
За плечом.

Мы не властны над сроками жатвы,
Но над временем сева - отчасти.
Так проявим священную жадность,
Расточая.

- Как сам?
- Да не то, чтоб очень: промозгло, года...
- Чем лечишься?
- Зверобоем, прополисом и котами.

Я котик Джанни Родари,
Тот самый, Цоппино.
Смывайся, хорош кемарить,
Дождь брызнул на спину.