Человеческая глухота

ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ ГЛУХОТА

Глух остаётся человек, что не свободен

От своевольно им играющих страстей,

К веленьям совести, ко гласу ль интуиции своей,

Присущих внутренней его, иначе, истинной природе...

И то сказать: приёмник будет ли пригоден

Хотя б и для приёма крайне важных, срочных новостей,

Когда в нём слышен только треск от истощённых батарей

Да лишь невнятный шум в антенновом отводе?

С ВЕЛИКИМ ТЩАНИЕМ

Трудись без устали весь век над нивой жизненной – той самою, своею,

Что для возделывания тебе с рождения дана. –

Засим, не привечая отдыха, ни длительного сна,

С великим тщаньем и усердием ухаживай за нею;

По семенам, в неё бросаемым тобой, плоды нальются и созреют,

И по плодам опять же будут будущие семена...

А потому лишь души тех среди живущих насыщаются сполна

В конце концов, кто зёрна благостные и обильно сеют.

И В ЖИЗНИ, И В ПРИРОДЕ

                Все вещи расцветают и возвращаются

                к своему истоку.

                Дао-дэ-цзин

Зима уходит… и опять в который раз весна приходит

На смену ей, под снегом зябнущие нивы оголя;

Юлою вертится вокруг оси ли собственной Земля,

Кружатся звёзды ли в согласном их и дружном хороводе

Над ней с зари и до зари; жизнь расцветает и проходит –

И вновь однажды начинается как будто бы с нуля;

Глубокий снег опять ложится на продрогшие поля…

От века в век так всё вращается и в жизни, и в природе!

ВСЁ – ОН!

Разлит ли свет Его Очей,

Сквозя вдоль вёрст и виражей Дороги Млечной,

Укрыт во глубине ль сердечной

От глаз и яркости земных огней…

Превыше звёзд иль сущий средь людей –

Всё Он, как время и пространство, бесконечный,

Один Благой, единый Вечный,

Отец-Создатель всех вещей!

КАК ВОИН ЯРЫЙ

Не бойся гула грозного прибоя,

Также не пяться в страхе от огня:

Бесстрашия незримая броня

От всех превратностей хранит героя!

Но бойся только сытого покоя,

Ещё – без чести прожитого дня,

В самом себе сомнения гоня,

Как воин ярый накануне боя...