На старой железной дороге
В бесконечность ушёл путь железной дороги,
Протянувшись ребристым сухим полотном.
Я как ворон, прикормленный в ветхом остроге,
Устремляюсь зачем-то к тебе день за днём.
Помнишь, томная смоль серебрилась сквозь ивы,
А теперь перешла в выцветающий блонд.
Сколько лет… Но своё остриё перспективы
Ты всё чётче втыкаешь в немой горизонт!
Помнишь, гравий горячий хрустел там, где ныне
По краям осмелел и зарос иван-чай.
Сколько лет – ты жива, и масла нефтяные
Всё ещё источаешь – и впредь источай!
Уху слышится стук, что как призрак затерян
В проржавевшем суставе закованных рельс.
Я прислушался вновь – и с чего-то уверен:
Приближается мой окончательный рейс.
Я иду за тобой, отдыхая по малу,
И едва оступаюсь в назойливый дёрн –
Ты как раз подставляешь иссохшую шпалу…
Я смятён, я растерян… Спасибо – пойдём…
Помолчав и подумав, что скажем владыке,
Вспоминая о каждом исчезнувшем дне,
Мы уйдём в горизонт: ты - сквозь дырку на стыке,
Я – заснув поперёк на твоём полотне…
Июнь 2013 г.
Other author posts
Бесполезное ископаемое
Знание – слабость, учебник – коробка от пиццы. Твой телескоп не полезней отрыжки Урании. Смысл – наименьшая в мире-искринке частица, Взрыва Большого больнее его осознание. Леммы, расчёты – издохи, скуления пёсьи.
Бабочка на патронташе (Матери)
В черновой ирреальности, брошенной, мятой, ошибочной, Где война и молитва заложены каждой прожилочкой, Где нежнейшие реки забились рабынями вьючными, Где слова зарастают в спине абордажными крючьями, Где оскал от улыбки и днём ...