Вширь

Здесь глубины не будет. Ниже дёрна

в полшаге — лёд, которому нет дна.

И корень, отступая, но упорно

уходит вбок. Здесь заповедь одна.

Не вглубь — а вбок. Он щупает вслепую

гранит и торф, ушедший в лёд песок,

и, встретив чью-то жилу корневую,

срастается. И — сцепка. И — виток.

И роща, что для глаза — редколесье,

кривой и полумёртвый бурелом,

внизу — одно тугое равновесье,

завязанное намертво узлом.

Так и у нас: ни омута, ни брода,

ни метра вглубь — и незачем расти

в ту сторону. Останется порода,

рука, плечо и то, что есть в горсти.

Есть у воды старинная забота:

подняться к небу — и не одолеть.

У нас другая, низкая работа:

не дотянуться — рядом уцелеть.

Пусть наверху беснуются метели

и валят лес до будущей зимы —

поодиночке мы бы не сумели.

Здесь глубины не будет. Будем — мы.