Орисница
Мати, моя мати,
Пречистая мати!
Смерть тихогласная,
Тихоокая смерть!
Тяжко, тяжко нынче
Твою волю править,
Возвещать на ниве
О приходе жницы.
Ты меня поставила
Меж людей разлучницей,
Путы, узлы расторгать.
Тебе, мати, людей уготовлять!
Ронют они слезы,
Нету моей воли,
Жалко, жалко, мати,
Их незрячей боли.
Две души сплелись,
Два огня свились,
Туго стянут узел,
Крепко руки сжаты —
Кто здесь виноватый?
Как разлучить?
Как все избыть?
О горе! О люто!
Мати моя, мати!
Ты подай мне знак,
Отмени свой наказ,
Отведи этот час.
Всколебалось в сердце пламя,
Расторгается звено.
Божий дом горит огнями,
Явь и сон сплелись в одно.
Из разорванных здесь нитей
Ткутся где-то ризы света.
И несет в себе разлука
Радость нового обета.
Утолилось влагой сердце,
Мировое, золотое —
Мира два глядят друг в друга,
Отдавая, обретая.
Друг во друге топят очи,
И течет душа струями…
Святый боже! Святый крепкий!
Где ты — в нас или над нами?
Воссияла пред иконой
Кротость свечки запрестольной,
Развяжу я нить неслышно,
Развяжу — не будет больно.
Аделаида Герцык
Other author posts
Скажи успокой меня есть еще ангелы
Скажи, успокой меня, есть еще ангелы Вокруг нас, над нами хранители И правду ли нам возвещает евангелье О вечной, незримой обители
Рондо
Шумливый стих прадедовских столетий Недаром расставлял лукаво сети, — Его манерный дух и ныне не угас И тонкой грацией пленяет нас
В каждый миг совершается чудо
И в каждый миг совершается чудо, Но только понять его нельзя, Стекаются золота искры оттуда, Как капли лучистого дождя
Плач
И дошла я до царства третьего, Третьего царства, безвестного, Знать, весной здесь распутье великое, Не видать окрест ни дороженьки