В восьмом часу утра на Отрадном

Москва меня сжирала жадно;

А я барахтался в грязи.

У старой лавки на Отрадном,

Где воздух смолами разит.

Пекло хребет нагое солнце;

Орал кантату воробей;

И где-то в низкое оконце

Струился голос новостей.

Часы бранили за неспешность;

Искрился сваркой блик ключа.

Скамья звала легко и нежно,

Как эшафоты палача.

Июнь бежал как Энди Дюфрейн,

Роняя тучи на ходу.

Деревья жали клеткой тюрем;

Скамейка - старый виадук.

И я уснул под тенью дуба,

Подушкой стали башмаки.

Мне снились проклятые губы

И тихий шум Москва-реки.