Макрель

Он придет. От его тепла на сердце растает лед,
С небосклона улиткой свинцовая скроется мгла.
Он придет. Тихим шагом, беззвучно придет,
Чтобы ты ни заметить, ни встретить его не смогла

7 утра. Будильник. Водные процедуры.
За окном расшумелись птицы, трамваи, фуры,
По-прежнему пробки (на дорогах «козлы» да «дуры») -
Мой город стряхнул с плеч остатки сна.

Выверенным шагом идем в строю:
Уход влево/вправо – пуля в грудь.
Одна судьба и мечта на всех,
Одно проклятье.

Жарким летом по бульварам, обгоняя всех прохожих,
Улыбаясь и порою нарушая ПДД,
Я бежал, как окрыленный (на меня что не похоже),
Прямо к первому окошку местной кассы РЖД.

Рим сегодня истоптан подошвами сотен сандалий
Именитых гостей, горожан и безликих рабов.
Грозных воинов бой, бой кровавой плоти и стали
Колизей показать для желающих снова готов.

Найду я глупых тысячу причин
Счастливой быть и больше улыбаться,
Кружить с судьбой своею в быстром танце,
Ловить завистливые взгляды женщин и мужчин.

Наш город тает под градом вражеских бомб,
ДобелА раскаленный течет по кварталам бетон,
И предсмертный уже раздается не крик, а стон.
Только это с недавних пор моветон:

Когда от его объятий тебя не бросает в дрожь
Словно облеплена сотней змеиных кож.
И даже звонка на домашний уже не ждешь
Ночами.

На вершине крутого утеса
Я стою, ветрами объят.
Одурманен от кончика носа
До пропитанных морем пят.

Она устало шагнула через порог,
Открыла вино, согрела руками стакан.
Покрыта пылью дорог.
Над городом смог

Не нужна мне ваша свобода. И небо цвета алого-алого.
Я в плену, не в царстве аидовом. А в груди не жжет. Без малого
10 лет - стрижей приголубились у окна этого незастекленного.
И по раме его облупившейся…

Ты такой же, как миллионы, слышишь?!
Мнешь подошвой ботинок города крыши
И носом в веснушках тянешься выше