Памяти друга

В той чаще, где тысяча ягод

краснели, как точки огня,

мы двое играли; он на год,

лишь на год был старше меня.
Игру нам виденья внушали

из пестрых, воинственных книг,

и сказочно сосны шуршали,

и мир был душист и велик.
Мы выросли... Годы настали

борьбы, и позора, и мук.

Однажды мне тихо сказали:

"Убит он, веселый твой друг..."
Хоть проще все было, суровей,

играл он все в ту же игру.

Мне помнится: каплями крови

краснела брусника в бору.