Ариэль (Перевод)

Стаз в темноте.
И - бестелесная голубая
Льется с вершин и расстояний.

Божья львица,
О, как мы срастемся в одно,
Точка опоры коленей и пят!- Борозда

Раздваивается и уходит, сестра
Изворотливой арки
Шеи, которую не поймать,

Негроглазые
Ягоды выбрасывают темные
Крючки –

Черной, нежной кровью полон рот,
Тени.
Что-то еще

Волочит меня в пространстве -
Бедра, волосы,
Чешуйки с пяток.

Белая
Годива, я отдираюсь -
Мертвые руки, мертвые несостоятельности.

И теперь я
Пеной - пшенице, сверканье морей.
Детский плач

Плавится в стене.
И я
Стрела,

Роса, что летит
Гибельно, к тому, кто врывается
В красное

Око, в провал утра.

Перевод Александра Ситницкого

Оцепененье темноты.
Но синева - свободна от всего -
с верхушек гор уже струится.

Божественная львица!
Мы едины. Ты -
моих коленей, пяток продолженье.

Быстрей движенье!
За гриву бурую, сестрица,
мне не схватиться.

С откосов ягод лоза,
как негра глаза,
цепляет остро.

Рты черны,
крови сладкой полны.
Что-то сквозь воздух

меня из тьмы
за волосы, за бедра
норовит потрогать.

Белоснежная Годива,
я отряхаю
сухие руки, сухую строгость.

Я - колосьев пена,
зыбь светлая морская.
Ребенка крик

уходит в стену,
тая.
Я - стрела,

прохлада, что летит
смертельной дрожью
в красный

глаз, в котел зари.

Перевод Андрея Пустогарова

Недвижность во тьме.
Затем невещественная голубизна
Льётся с пиков пространств и скал.

Господня львица,
Как мы растем, едины, одна
Ось коленей и пят! — Борозда

Двоится и прочь стремится,
Сестра смуглой дуги
Шеи, до которой не дотянусь,

Негроглазые
Ягоды темными гроздьями льют
Крюки —

Черной сладкой крови полон рот,
Тени.
Ещё что-то

Тащит сквозь воздух меня —
Бёдра, пряди волос;
Пяток моих пух.

Белая
Годива, я
Избавляюсь от окоченелостей, мертвых рук.

И вот я —
Пена пшеницы, морей переливы.
Ребенка крик

В стене сник.
И я —
Стрела,

Роса, летящая
Самоубийцей в одном порыве
В красный зрак,

Котел утра.

Перевод Янв Пробштейна