Когда ты станешь старой и седой (Перевод)
Когда ты станешь старой и седой,
Ты, сидя у огня, возьмешь мой том
И загрустишь о кротком взгляде том,
О глаз тенистых глубине густой;
Столь многих привлекала красота
И грация - кто честен, кто фальшив;
Лишь одного - скитальчество души,
Печали рябь в изменчивых чертах;
Клонясь к камину, задремав в тени,
Ты проворчишь, чуть грустно, свой укор
Любви, сбежавшей к пикам дальних гор,
Сокрыв лицо средь звездной толкотни.
Перевод Виктора Куллэ
Придут года, седой, у камелька,
Чуть задремав, уронишь том в дремоте
И чудный сон прочтёшь на обороте,
И ляжет тень в глазницы старика.
И другом, и завистником любим,
Ты мило снисходил до них в удаче;
Но лишь один любил тебя иначе,
Когда в душе скитался пилигрим.
Лишь он один печалился всегда,
И к блеску равнодушен оставался,
И в горы шёл, и к звёздам поднимался,
Своё лицо в них пряча от стыда.
© Перевод Евг. Фельдмана
Когда ты состаришься
Когда-нибудь старушкою седой
Откроешь книгу, сядешь у огня, –
Мои стихи! – и вспомнишь про меня,
И вспыхнет взгляд твой, нежный и живой.
Ты прелестью своей в сердцах мужских
Рождала бури, свет и темноту.
Но кто заметил странницы мечту
И скорбный лик, открывшийся на миг?
В камине жар, как догоревший мост.
Ты вспомнишь, как Любовь ушла в слезах
И горевала высоко в горах,
Лицом зарывшись в мириады звезд.
Перевод Бориса Ривкина
В дремотной старости, у камелька,
Склонив седую голову, раскрой
Вот эту книгу - и припомни свой,
Когда-то ясный взгляд и глубь зрачка;
Как многие - притворно или нет -
Тебя любили, но один любил
Твоей души паломнический пыл
И на лице твоём - печалей след;
И, с грустью угольки пошевелив,
Шепни о том, как обрела простор
Любовь - и устремилась к высям гор,
В толпе бессчётных звёзд лицо сокрыв.
Перевод Сергея Сухарева
