наедине

вот и теперь, когда зажимаешь cancel, задуваешь текст, и немного сердце, и внутри так чисто, что не во что упереться,

пахнет хлоркой и черным хлебом

и теперь твое белоснежное хрупкое тело

крепче деревенского самогона, острее свежей бумаги

будто ничего с тобой не случилось

будто тебя здесь не было

будто это кто - то другой включал плиту/телевизор/радио

сидел тихонько, пока не позовут

смотрел как мама плачет, а папа пашет

и теперь даже страшно оттого что уже и тут

совсем не страшно