Пастернаку
Он доживал в стране как арестант,
Но до конца писал всей дрожью жилок:
В России гениальность – вот гарант
Для унижений, казней и для ссылок.
За честность, тонкость, нежность, за пастель
Ярлык приклеили поэту иноверца,
И переделкинская белая постель
Покрылась кровью раненого сердца.
Разоблачил холоп хозяйский культ,
Но, заклеймив убийства и аресты,
Он с кулаками встал за тот же пульт
И тем же дирижировал оркестром.
И бубнами гремел кощунственный финал,
В распятого бросали гнева гроздья.
Он, в вечность уходя, беспомощно стонал,
Последние в него вбивались гвозди.
Не много ли на век один беды
Для пытками истерзанного мира,
Где в рай ведут поэтовы следы
И в ад – следы убийц и конвоиров.
Other author posts
Эпиграмма И. Алферовой
Не будет у тебя успеха, Ведь ты, красавица, не Пьеха. В постели делай свой успех — На сцене это делать — грех!
Эпиграмма Л. Броневому
От славы одуревший Теперь на все горазд, Он сам себе завидует И сам себя продаст.
Яйцо
Всех породило яйцо, Мы вышли из его пелёнок – Кто с человеческим лицом, А кто-то с клювом, как цыплёнок.
Фонарь
Я вам, фонарь, хочу сказать одно: Служа искусству света беззаветно, Вы освещали так порой дерьмо, Что становилось и оно заметно.