Чтоб от лжи не страдать в ледяной тоске...

На улице серо и сыро, слякоть и грязь. Солнышко давно уже не видно и как–то всё грустно и тоскливо. Но сказка должна появиться, она не может не родиться, ей надо только немного времени! О чём же она будет?

Колесо котить себе. В голосі колеса сухо. Степ даленіє в рябе, Дихає спеченим духом.

Меж высоких хлебов затерялося Небогатое наше село. Горе горькое по свету шлялося И на нас невзначай набрело.

О, звени, старый вальс, о, звени же, звени Про галантно-жеманные сцены, Про былые, давно отзвеневшие дни, Про былую любовь и измены.

Хорошо, черт возьми, быть Карнеджи, Жить в каком-нибудь, этак, коттедже И торжественно, с видом Сенеки, До обеда подписывать чеки!..

Покушав как-то травку, Зашел слон по делам В фарфоровую лавку И повернулся там.

С томной Софи на борту пакетбота Плыл лейтенант иностранного флота. Перед Софи он вертелся, как черт… И, завертевшись, свалился за борт!

(музыкальный термин, означающий постепенное убывание звучности.) Из тучи с тучей в безумном споре Родится шквал, — Под ним зыбучий в пустынном море

На лобик розовый и влажный от мучений Сзывая белый рой несознанных влечений, К ребенку нежная ведет сестру сестра, Их ногти — жемчуга с отливом серебра.

ВАКХИЛИД (Около 500-450 гг. до н. з.) Вакхилид — младший современник Пиндара, тоже представитель торжественной хоровой лирики; он родился в городе Иулиде на острове Кеосе около 500 г.